Пассажиры сопровождались железнодорожной полицией к представителю СД и последним – к личному адъютанту Гитлера. Багаж гостей из их домов в поезд доставлялся чинами батальона СС в присутствии пассажиров. Каждое место багажа было снабжено точным адресом владельца. Багаж, доставленный каким-либо иным путем, в вагон не допускался. Нахождение на перроне постороннего багажа и посторонних лиц строго запрещалось. Продукты для спецпоезда доставлялись железнодорожной компанией «Митропа» в присутствии начальника салон-вагона СА гауптштурмфюрера Крюкена.
Также под тщательным наблюдением происходила заправка водой.
Ремонт вагона производился только постоянным обслуживающим персоналом. В случае направления вагона для ремонта в депо все время при этом присутствовал комендант вагона. Для ремонта привлекались особо проверенные рабочие и инженеры.
Пустой поезд охранялся двумя сотрудниками СД, одиннадцатью чиновниками железнодорожной полиции и тридцатью девятью зенитчиками.
Маршрут держался в строжайшем секрете, причем составлялся таким образом, что нельзя было понять, когда Гитлер будет пользоваться поездом.
Гостям приход Гитлера объявлялся примерно за час до этого. Зачастую Гитлер вместе с охраной входил или выходил из поезда с другого вокзала, нежели гости.
В ночное время все вагоны были заперты, за исключением вагона охраны. Железнодорожные станции были закрыты, чтобы посторонние лица туда не могли пройти.
Впереди спецпоезда на определенной дистанции двигался добавочный поезд.
Это – наша история, показания генерал-лейтенанта полиции Ганса Раттенхубера, отвечавшего за этот участок охраны фюрера. Кстати, в 1939-м все это было в компетенции генерал-майора Роммеля, тогда коменданта штаб-квартиры Гитлера, с этой должности он ушел в комдивы Седьмой танковой, французская кампания сорокового, ну а после был уже Африканский корпус – ну а теперь, значит, в заговорщики подался… И к нашему сожалению, история и тут изменилась – поскольку заговор 1 марта 1943 года, о котором в нашей реальности фюрер так и не узнал, здесь сыграл ту же роль, что у нас 20 июля.
Теперь поездов охраны не один, а два. Шесть бронеплощадок, по одной в голове и хвосте каждого из трех эшелонов, на каждой не один 20-мм автомат, а башня с четырехствольным «фирлингом», против пехоты это та еще метла! И в отличие от нашей реальности (где бронировать вагоны планировали, но не успели), здесь даже в окнах бронестекла.