Ордер наш и противника был, как по схеме – «Саут-Дакота» и «Алабама», строем пеленга, «Балтимор» был впереди, сместился вправо с нашего курса, став почти перед «Денвером», а «Уичита» оставалась слева, и эсминцы все по четыре за каждым из крейсеров. Итальяшки же удирали на север – у берега хромали три подбитых (крейсера «Савойский», «Филиберто», «Сципионе» – идущий до того на буксире эсминец «Берсальере» затопили, сняв экипаж), ход у них был не больше пятнадцати узлов, мы же разогнались до двадцати четырех, и ясно было, что им не уйти.
А главные их силы, «Венето» и «Литторио», имея по носу у себя, дальше от нас, «Горицию» с парой эсминцев. Два крейсера типа «Гарибальди» (это были «Гарибальди» и «Абруцци»), бывший их авангард, ставший арьегардом, удирали левее, вместе с четырьмя эсминцами, пристраиваясь в кильватер их фланговому прикрытию, малому крейсеру типа «Сципионе», («Помпео Магио») с тремя эсминцами. Ход их главных сил был примерно двадцать, но они шли змейкой, прикрывая подбитых.
Да, я решил поторопить события, послав крейсера вперед. Исключительно потому, что помнил о еще двух отрядах противника – и считал своим долгом закончить эту стычку как можно быстрее. Тем более положение благоприятствовало. Когда их линкоры начали очередной галс влево, так и напрашивалось вбить клин в образовавшуюся щель. Чтобы отсечь и добить калек – не тратя на них шестнадцатидюймовые снаряды.
Да, я предвидел, что крейсера окажутся на дистанции обстрела с линкоров.
Но простите, итальянцы не были известны как меткие артиллеристы. Вы можете видеть на схеме положение на 13:15. Дистанция от «Балтимора», идущего головным, до переднего из подбитых – восемь с половиной миль. До «Венето» – девять с половиной. От «Саут-Дакоты» в этот момент до «Венето» было девять – что говорит о том, как сильно итальянцы уклонились к западу, и продолжали держать курс норд-вест. Это уже была дистанция прицельного огня, и я приказал начать обстрел.
Наша стрельба была выше всяких похвал! Уже на пристрелке добились двух попаданий в «Венето»! В левый борт, ближе к корме – но как показали пленные, в главный бронепояс. А макаронники отвечали, но не по нам, а по «Балтимору». И это был чистый случай – в конце концов так попасть! Всего одно попадание – дальше им стало не до того."
"Это ведь война! А на войне, случается, и убивают.