Земли, правда, дал только мне, а рыцарям выделил по десять золотых мараведи, кавалейру – по пять, пехотинцам – по три и оруженосцам – по два. Затем устроил трехдневный пир, посадив меня рядом со своим внебрачным сыном Фернанду, у которого, после рождения у короля от законной жены сына Саншу, осталось очень мало шансов сесть на трон. Хотели пригласить на пир и захваченного в плен Фернана де Меланда, но он был еще слаб, не мог сидеть за столом.
На третий день я с Алехандру навестил дом королевского сенешаля Родригу де Коста.
Жил он в большом двухэтажном доме с высоким дувалом, ограждающим двор и сад. Обстановка в доме не уступала той, что я видел в королевских покоях, но не шла ни в какое сравнение с той, что в моих португальских домах и замках. Разве что цветные витражи в окнах были поинтереснее. Его дочь оказалась благонравной девицей с приятным белым личиком, густыми черными волосами и большими сиськами, которые, чтобы уменьшить, обмотали и затянули так, что дышала с трудом. Может быть, именно поэтому казалась и немного эмоционально зажатой.
Надеюсь, это у нее пройдет, когда попадет в семью, где довольно легко относятся к религии, и снимет бандаж с сисек. Одета она была в белую шелковую рубаху с розовыми манжетами и ожерельем и темно-синее блио из тонкой шерстяной ткани, вышитое золотом, – цвета моего герба. В двенадцатом веке принято учитывать такие мелочи. На ногах черные тупоносые туфельки с золотыми пряжками. Шагала в них с трудом. Наверное, новые, неразношенные. Радовало, что к встрече с женихом так старательно готовились.
Молодые люди понравились друг другу. Наверное, оба ожидали худшего. Невеста, украдкой глянув на жениха, каждый раз краснела. Он пошел лицом в мать, вырос красивым голубоглазым брюнетом. Участие в сражении и посвящение в рыцари придало ему уверенности и суровости, то есть, мужественности. Поскольку об этом сражении в Коимбре уже ходили легенды, блеск славы падал и на виконта Алехандру.
В приданое за невестой давали земли, примерно десять «кольчужных» ленов, которые находились западнее Коимбры на правом берегу Мондегу неподалеку от моего замка.
Впрочем, в Португалии, по российским меркам, все находится рядом. Главное было, конечно, в том, что тесть – правая рука короля. Со свадьбой тянуть не стали. С благословления короля Афонсу на следующее утро Алехандру и Беатрис стали мужем и женой. Обвенчал их архиепископ Пию Мендиш. Свадебный пир проходил в королевском дворце и продолжался еще три дня.
