Особенно в области груди.
Черт! Похоть бьет в голову и я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме желания тупо овладеть ею.
— Не веди себя, как какой-то дикарь! — все еще тяжело дыша и краснея, выговаривает мне Самира. — Я же не кусок мяса, чтобы на меня так накидываться!
Нет, она не кусок мяса. И видя, как сильно они стискивает пальцы на полотенце у груди, до меня постепенно доходит, что ее терзают какие-то страхи — отсюда и провокация. Мне требуются титанические усилия, чтобы оставаться на месте и не трогать ее, но я глубоко дышу и пытаюсь сосредоточиться.
Ожидание, в котором я жил с того момента, как узнал о ее согласии, довело меня до точки кипения. Если бы не мама, все время находящаяся рядом с нами, я бы, наверное, и одного дня не выдержал.
— Ты мне отказываешь? — спрашиваю прямо, потому что, если так, то мне нужно срочно уйти отсюда. Я не собираюсь делать что-то против ее желания.
Самира отводит взгляд и пожимает плечами, раздражая меня внезапно проснувшимся смущением.
— Я хочу прямой ответ, Самира. Не будем ходить вокруг да около.
— Хорошо, я тебе не отказываю, — раздраженно отвечает она. — В тебе, блин, вообще нет ни грамма такта, да?
— Самира, — рычу нетерпеливо, потому что еще одной порции ее словесного поноса я не вынесу. — Чего ты боишься?
— Я не боюсь тебя! — вызывающе поднимает подбородок гордячка. — Но учитывая, что это моя первая брачная ночь, некоторые мои опасения и тревога вполне нормальны, тебе не кажется? Или ты и на Луизу набросился, как голодный хищник в вашу первую ночь?
Имеет ли она в виду, что невинна? Я не рискую спрашивать, потому что это оскорбительно.
Хотя эта мысль греет мне сердце, ведь я надеялся, что женюсь на целомудренной женщине, которая устояла перед искушениями жизни, как и я.
Осторожно делаю шаг вперед, встречаясь с ее настороженным взглядом, и медленно, чтобы не спугнуть, отвожу прядь влажных волос с ее щеки за ухо, проводя кончиками пальцев по шее, прежде чем потянуться к ее ладони и взять ее в свою, поднося к своим губам.
Запах ее кожи заставляет меня прикрыть глаза на миг, потому что это слишком. Ощущение ее ладони под губами волнует больше, чем поцелуй моей пока единственной женщины. Сам до конца не могу поверить в то, как Самира действует на меня, но сопротивляться нет ни желания, ни сил.
— Мурад… — шепчет она, когда я тяну ее к себе за руку.
— Мы будем продвигаться постепенно, — сглотнув, обещаю я, заключая ее в объятия.
