— Да, — отвечаю, избегая смотреть на него и укладывая малыша на кровать. — Сейчас у нас будет массаж, а через час он поест и я его уложу. Он проспал всего двадцать минут.
— Я хочу посмотреть, — с вызовом заявляет мужчина, словно я могу его выгнать.
Хотя, я бы хотела. Его присутствие нервирует. А уж когда он садится совсем рядом с лежащим сыном, я задерживаю дыхание, потому что в нос бьет запах его парфюма, который мне кажется очень приятным и волнующим.
«Права была тетя, мне замуж нужно, — сердито думаю про себя.
— А то тянет ко всяким идиотам, неизвестно, до чего еще дойдет. Завтра я на продавца в магазине по— другому начну смотреть?»
— Ты чего застыла? — бесцеремонно вмешивается в мои мысли Мурад.
— Вспоминаю, куда положила масло, — огрызаюсь я, подходя к тумбочке, где оно хранится.
— А ты не навредишь ему массажем? — спрашивает он.
— Меня учил профессиональный массажист, к которому я его водила, — отрезаю, оскорбившись.
— Тогда почему не продолжила водить? — хмурится этот недопапаша. — Деньги же есть.
— Переехал он! И вообще, чего ты ко мне прицепился? Я прекрасно умею ухаживать за ребенком и у меня есть мозги в голове, чтобы знать, что в обращении с малышами самодеятельность недопустима!"
"— Я ничего такого не имел в виду, — вздыхает Мурад, глядя на меня, как на дуру. — Ты слишком близко к сердцу принимаешь все, что я говорю. Никакого двойного смысла, Самира. Я всегда четко проговариваю свои претензии, если они есть.
Я ничего на это не отвечаю, решив просто игнорировать его присутствие и заняться своим делом.
Тщательно вытираю пельмешка и укладываю на животик, на сухую пеленку. У него нелепо милая пухлая попка, которую я в шутку называю целлюлитной, но при его отце молчу, пропустив наш с Амирчиком ритуал массажных разговорчиков. Наношу немного масла и поглаживаю его, начиная со спинки. Малыш поворачивает голову на бок и довольно жмурится.
— Ему нравится! — удивленно говорит Мурад.
— Конечно, нравится. По сути, это просто поглаживания. Никакой силы. Он же не взрослый, чтобы я его мяла, — объясняю неохотно.
Продолжаю свое дело, спускаясь к ручкам и ножкам, а потом поворачиваю его на спинку, чтобы заняться передней частью.
— Тебе явно пора на диету, — глядя на круглый животик сына, замечает мужчина.
— Педиатр так же говорит, — хмурюсь я. — У нас перевес.
— Это плохо? — хмурится он.
— Слишком большая нагрузка, Амир менее подвижен из— за этого. Я сократила объем смеси, но он с трудом привыкает. Ничего опасного, не волнуйся.
