— Я слышал, ты отличился в Вустере, — начал он с комплимента.
Теперь понятно, почему он фаворит императрицы. Мне говорили, что она очень склочная баба, страдающая манией величия и самодурством.
— Повезло, — сказал я.
Ему это понравилось.
— Обычно молодые люди превозносят свои подвиги, — сказал Брайен Фиц-Каунт.
Знал бы он, насколько я старше его!
— К сожалению, я уже не так молод, чтобы страдать хвастовством, — произнес я.
— Ты — вассал графа Честерского? — сменил он тему разговора.
— Получил от него манор, — ответил я.
— Это мало кому удается, — осторожно говорит лорд.
— Я получил манор, в котором валлийцы убили шестерых предыдущих владельцев, — объяснил я щедрость графа Честерского.
— И как тебе получается отбиваться от них? — поинтересовался лорд Уоллингфордский.
Видимо, не знает, что я владею манором всего полгода, поэтому сказал:
— Я их нанял на службу.
— Интересное решения, — пришел к выводу лорд Брайен и покивал головой, одобряя, наверное."
"Столовался он у меня в течении всего рейса. За это время перестал смотреть слишком настороженно.
Но и другом не стал. Брайен де Инсула не подчеркивал разницу в нашем социальном положении, он ее всегда подразумевал. Даже, когда слушал меня. Сам Фиц-Каунт говорил очень мало, в основном открывал рот, чтобы задать вопрос. И мне показалось, что чего-то ждал от меня. Наверное, вопрос о содержимом сундука. Я не дал ему повод хмыкнуть злорадно: и этот туда же!
В полдень следующего дня мы проходили мыс со скромным названием Лендс-Энд, которое можно вольно перевести, как «край света» — самую юго-западную точку Англии.
Я вышел на палубу с квадрантом и самодельными солнечными часами. С их помощью измерил высоту солнца в полдень, которая равна географической широте. Когда я это делал, все, кто был на палубе, замолчали. На меня смотрели, как на колдуна, который сейчас у всех на глазах украдет солнце. Я зашел в каюту и записал на карте, попавшей сюда со мной из Византии шестого века, широту мыса. На ней параллели были нанесены через шесть градусов, и обозначающая сорок восемь градусов проходила ниже мыса, который по моим измерениям находился на пятидесятой.
Следом за мной в каюту вошел Брайен де Инсула. Я впервые видел его, переполненным любопытством. У него даже губы не были плотно сжаты.
— Что ты сейчас делал? — спросил он.
Я объяснил, что такое высота солнца и географическая широта, показал карту и на ней мыс, мимо которого мы проходили.
— Если окажусь вдали от берега, буду знать, что миновал этот мыс.