Он открыл серебряную коробочку и запустил пальцы в густую желтую мазь, резко пахнущую травами. – Раздвинь ему ноги, – попросил он Фернандо, – если сам не сможет...
Король помог Легрэ смазать все раны Луиса. Приятная прохлада мази убирала боль мальчика, принося облегчение. Фернандо в который раз пожалел, что нет ничего подобного для души. Тихонько поцеловав юношу в щеку, уложил поудобнее на постели и стал молча одеваться. Затянув шнуровку на рукавах, он повернулся к мужчине:
– Кристиан, в следующий раз, когда решишь поиграться, делай это менее болезненно для меня.
Огонь, бушевавший внутри, выдавали только глаза.
– Повернись, тебе нужно смазать раны.
Король помог Легрэ смазать все раны Луиса. Приятная прохлада мази убирала боль мальчика, принося облегчение. Фернандо в который раз пожалел, что нет ничего подобного для души. Тихонько поцеловав юношу в щеку, уложил поудобнее на постели и стал молча одеваться. Затянув шнуровку на рукавах, он повернулся к мужчине:
– Кристиан, в следующий раз, когда решишь поиграться, делай это менее болезненно для меня.
Огонь, бушевавший внутри, выдавали только глаза.
– Повернись, тебе нужно смазать раны.
Луис слушал разговор отстраненно и не рагировал почти на мазь, которой Кристиан обрабатывал его синяки и сссадины и обильно смазывал самое интимное, Он все время отворачивался и чувствовал себя дико неловко. И от этих действий, и от диалога, который выдавал недоверие и даже некоторую жесткую позицию и Фернандо, и Легрэ. А теперь и вовсе, когда все принялись быстро собираться, запаниковал.
Мира не найти.
Легрэ ничего не ответил, но был даже рад, что можно повернуться к Фернандо спиной. Пока король обрабатывал порезы, Кристиан думал, что зря так не вовремя признался в том, что и без того видно. Если бы Фернандо не насмехался над ним, если бы не разозлился, возможно, все было бы по-другому. Почему он разозлился? Легрэ предал себя, свои идеалы, первый раз в жизни открывшись вот так просто перед тем, кто ждал от него лишь подчинения и содействия, открылся по-настоящему – и получил.
.. Кристиан устало провел ладонью по лицу и подумал с глухой тоской, что ему все равно. Он нужен Фернандо для того, чтобы контролировать Луиса, а ради цели чего не сделаешь и не наговоришь. Любовь доказывают делами... След от пощечины, казалось, вьелся в кожу, и Легрэ знал – этого он Фернандо не сможет простить.
– Я... могу... спросить? – Луис ухватился за рукав Фернандо. – Ты сказал, что любишь меня...