Все же, он надеялся, что брат Микаэль не будет ходить слишком долго, потому что иначе неприятные воспоминания вновь начнут одолевать его, а сердце сжиматься от боли.. Он не хотел больше плакать, хотел все забыть, забыть как страшный сон.... И, проснувшись поутру, забыть его. Забыть все, даже любовь к аббату.
Замерев у кромки озера, монах с омерзением посмотрел на холодную черную воду. Лезть опять туда ему не хотелось... Вот только очень нужны были и документы, и снадобья. А потом стоило еще и в лабиринт вернуться, что б забрать одежду и оставшиеся зелья.
Да и так некстати надумавшего топиться мальчишку надо было куда-то определить. Хоть бы в сухое надеть, для начала.
Микаэль быстро, что б не тянуть, ступил в воду, и, вдохнув поглубже, почти сразу и нырнул – дно здесь обрывалось резко. Сделав пару мощных гребков и открыв глаза, в зеленоватой мутной воде монах увидел веревку, за которую тут же потянул, поворачиваясь и всплывая к свету. Вынырнул, отряхивая с лица воду и прилипшие выбившиеся из кос пряди и поплыл к берегу, все держась одной рукой за веревку.
Выбравшись на берег, Микаэль, дрожа от холода и мечтая о теплом и сухом плаще, потянул веревку, подтаскивая к себе камень, с примотанной к нему большой сумкой из провощенной кожи. Тут же развязал горловину и, вытащив бутылочку из темного стекла, от души глотнул из него... Настой согревал, разгоняя пробравший холод.
- Сей! Иди-ка сюда..."
"Легко поднявшись, мальчик направился к травнику, продолжая кутаться в его плащ.
Он все это время с удивлением наблюдал за его действиями, как только услышал всплеск воды. Похоже, у того был там тайник. Очень оригинальный способ, а то мальчик устал, что очень многие делают тайники в его саду. Как в заброшенной части, так и в основной, наивно полагая, что тот их не найдет. Нет, о некоторых он только догадывался, ведь в любом случае он бы не стал их вскрывать.
– Вы в порядке? Холодно же... – Смутившись, мальчик прижался к мокрому Микаэлю, накидывая на того край плаща, чтобы и он согрелся.
Его ужасно смущало то, что он сейчас стоит тут в одной рубахе, прижимаясь к чужому телу, но другой альтернативы Сей просто не видел.
– Да что ж ты делаешь?! Намочишь же плащ! Сам грейся – со мной все хорошо. -Микаэль отстранился, передав мальчишке бутылочку – На, глотни... сразу теплей станет.
Пока Сей думал, пить ли ему предложенное снадобье, монах отвязал веревку от камня и осторожно ее смотал, а камень забросил подальше в озеро.