У ребенка нет никакого шанса ускользнуть. А теперь – за работу, господа! Вы знаете, что поставлено на карту!
Многие в ту ночь удивлялись, почему вокруг не смолкает рев проносящихся автомобилей. Даже самые маленькие переулки были до рассвета наполнены гулом, как это бывает на автострадах. Невозможно было сомкнуть глаз...
А между тем маленькая Момо, ведомая черепахой, медленно брела через большой город, который теперь не спал даже в ночные часы.
Вокруг без передышки сновали люди, они толкались, ссорились или просто мрачно вышагивали в бесконечных колоннах.
На мостовых толпились автомобили, грохотали громадные автобусы. На фасадах домов ярко вспыхивали рекламы, обливали толпу разноцветным светом и опять тухли.
Момо, которая этого еще никогда не видала, шла за черепахой с широко раскрытыми глазами, как во сне наяну. Они пересекали огромные площади и ярко освещенные улицы, машины проносились позади и впереди них, вокруг толпились пешеходы, но никто не обращал внимания на девочку с черепахой.
Они ни разу никому не уступили дорогу, их ни разу не толкнули, ни одна машина из-за них не затормозила.
Казалось, что черепаха заранее знала, где и в какое мгновение не будет машин или пешеходов. Им ни разу не пришлось поспешить или остановиться, чтобы переждать движение. И Момо только удивлялась, как можно так медленно идти и вместе с тем так быстро продвигаться вперед...
Беппо-Подметальщик добрался наконец до старого амфитеатра. Еще не сойдя с велосипеда, он уже увидел вокруг развалин – в свете слабого фонаря – многочисленные следы автомобильных шин.
Бросив в траве велосипед, он побежал к пролому в стене.
– Момо! – крикнул он, и еще громче: – Момо!
Ответа не последовало.
Беппо судорожно глотнул, во рту пересохло. Он пролез сквозь дыру в непроглядную темноту помещения, споткнулся и вывихнул ногу. Дрожащими руками зажег он спичку и огляделся вокруг.
Столик и оба стула из ящичных досок были опрокинуты, одеяло и матрац сорваны с кровати. Момо не было.
Беппо закусил губу, подавив раздиравшие грудь хриплые рыдания.
– Боже мой, – забормотал он, – боже мой, они уже ее утащили! Они утащили мою маленькую девочку. Я опоздал. Что же мне теперь делать? Что делать?"
"Догоревшая спичка обожгла ему пальцы, он отбросил ее, продолжая стоять в темноте.
Потом он опять вылез наружу и захромал к велосипеду. Взобравшись на него, он нажал на педали.
– Надо найти Джиги! – повторял он то и дело. – Теперь надо найти Джиги! Отыскать гараж, где он спит...
