Еще Момо увидела, что из города приходят все новые господа, сменяя стоящих в цепи. Но зачем все это? Какую цель преследовали воры времени? Она сняла очки и вопросительно глянула на Мастера Хора.
– Хорошо все разглядела? – спросил он и, надевая очки, сказал: – Ты спрашивала, могут ли они меня к чему-нибудь принудить. Меня-то им не поймать. Но они могут причинить людям нечто более страшное, чем все, что они сделали до сих пор. Этим они и пытаются меня шантажировать.
– Нечто более страшное? – испуганно спросила Момо.
– То есть?
Мастер Хора кивнул:
– Я выделяю каждому человеку отпущенное ему время. Против этого Серые господа ничего не могут поделать. И задержать это время они тоже не могут. Но они могут его отравить.
– Отравить время? – растерянно переспросила Момо.
– Дымом своих сигар, – объяснил Мастер Хора. – Видела ты кого-нибудь из них без сигары? Нет, без сигар они существовать не могут.
– Что же это за сигары?
– Помнишь Цветы Времени? Я говорил тебе, что в каждом человеке есть такой золотой купол времени, потому что у каждого человека есть сердце.
Потому-то Серые господа и пытаются проникнуть в человеческое сердце, – чтобы украсть как можно больше Цветов Времени. Вырванные из человеческого сердца. Цветы Времени умирают не сразу. Но жизнь их теряет всякий смысл. Всеми нитями своего существа стремятся они назад к человеку, которому принадлежали.
Момо слушала затаив дыхание.
– Ты должна знать, Момо, что зло тоже имеет свою тайну.
Я не знаю, где хранят Серые господа украденные ими Цветы Времени. Я только знаю, что они замораживают их своим холодом, пока цветки не становятся твердыми, как стекло. Где-нибудь глубоко под землей спрятаны огромные склады, в которых хранится замороженное время.
Момо даже покраснела от возмущения.
– Этими запасами Серые господа и живут. Они обрывают лепестки цветов, сушат их и сворачивают из них свои сигары. Даже в этих высохших лепестках еще теплится жизнь.
Но живое время Серые господа использовать не могут. Поэтому они зажигают свои сигары и курят их: в этом дыму время окончательно умирает. Этим мертвым человеческим временем они и питаются.
Момо встала.
– Ах, – сказала она. – Столько мертвого времени...
– Да, эта стена дыма – там, вдали, вокруг Дома-Нигде – это и есть мертвое время. Еще мне хватает чистого неба, еще я могу беспрепятственно посылать живое время людям.
