Сперва он внимательно прочел рекомендательные письма Великого князя Александра Михайловича и Наместника на Дальнем Востоке адмирала Алексеева. Потом Николай изучил события, случившиеся до первого марта сего года, сверяя тексты из книги со своими собственными дневниками, хранящимися в рабочем столе. Чего-чего, а вот мелочной бухгалтерской дотошности ему было не занимать. Потом император особенно тщательно сличил информацию в двух версиях дневников за последний месяц и сделал ужаснувший его вывод. Оказывается, он совершенно лишен свободы воли, и в тот момент, когда мир уже начал меняться – произошел погром в Токийском заливе, у Порт-Артура был утоплен японский флот – его личная жизнь, как человека по имени Николай Романов, продолжалась в той же колее.
Во всем, что не касалось событий на тихоокеанском фронте, записи за март месяц в обоих источниках полностью копировали друг друга, совпадало даже количество убитых ворон, бродячих кошек и собак. На Николая этот факт уже сам по себе произвел гнетущее впечатление.
Неужто он не проживает свою жизнь, а всего лишь играет ее, как посредственный артист в провинциальном театре, полагаясь исключительно на подсказки суфлера? Никакой свободы воли, никакой импровизации, никакого права выбора… Будь ты император всероссийский, будь ты нищий на паперти, результат будет один – тлен и всеобще разрушение.
Еще немного порефлексировав по этому поводу, Николай отметил, что тридцатого марта из Порт-Артура должно прийти известие о гибели броненосца «Петропавловск» и смерти находившегося на нем адмирала Макарова.
Если такого известия не будет в ближайшие несколько часов, то это значит, что ход истории изменился необратимо и пришельцы из будущего действительно смогут исполнить все, что будут ему обещать. А обещать ему будут, ведь и Иисусу во время искушения в пустыне дьявол обещал все царствия земные, а он, Самодержец Всероссийский, ничем не хуже Иисуса – как-никак Хозяин Земли Русской, владелец самого большого и самого могучего государства в мире, которое так любимо Богом, что ему нипочем никакие невзгоды…
Подумав об этом, Николай тут же устыдился своей гордыни и еще минут пятнадцать молился, выпрашивая у Всевышнего прощения за свой грех.
Не для себя, но для жены и дочерей, на которых тоже падает то проклятие, которое он порождает своими действиями. Как там сказал господин Иванов: «от Ходынского поля до какой-то Ганиной ямы». Любые решения, какие бы он ни принимал, ведут только к ухудшению положения.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
