Наверное, для этого надо иметь хоть немножечко свободного времени и неудовлетворенное чувство собственной значимости, но свободного времени у меня нет, да и о том, что я тут значу и для кого, без лишней скромности вам расскажет каждая собака. Правда, еще я люблю стрелять из автоматического пистолета и винтовки, но это не хобби, а поддержание в рабочем состоянии профессиональных навыков и еще создание определенного реноме у местных господ офицеров. Вы даже не представляете, как увеличивается уважение мужчин, когда они понимают, что «слабая женщина» способна обставить их в традиционном мужском ремесле.
– Простите, Дарья, – вежливо спросила меня Ольга, – я что-то не могу понять, какая у вас была профессия, что вам было необходимо уметь хорошо стрелять?
– До того как меня серьезно ранили, – ответила я, – моей профессией было убивать врагов России и я в ней вполне преуспевала.
Ольга посмотрела на меня с удивлением, и, наверное, только чувство такта не дало ей высказать вслух: «Как же так? Вы ведь женщина!»
– Впрочем, – добавила я, – я ни о чем не жалею.
Ни о том, что делала, ни о том, что все это уже закончилось и теперь у меня новая жизнь. У вас тоже, Ольга однажды наступит новая жизнь. Поверьте мне.
На этой оптимистической ноте я проводила мою подопечную до ее каюты и сдала с рук на руки ее горничной Асе и двум кореянкам, которые должны были обеспечить русской принцессе банно-массажный сервис, после чего спать ей без задних ног до самого утра и проснуться свеженькой как огурчик.
28 марта 1904 года, вечер. Поезд литера А в Санкт-Петербург, ст. Бологое.
капитан первого ранга Иванов Михаил Васильевич.
Знаменитая станция Бологое, та самая, которая ровно посередине между Петербургом и Москвой. Поезд стоит четверть часа, пока паровоз берет в тендер воду и песок в песочницы*. Пассажиры тоже могут выйти, размять ноги, перекурить, купить себе чего-нибудь в буфете, перекусить или выпить… В сопровождении каперанга Эбергарда вышли проветриться и мы с кавторангом Степановым, при этом старший лейтенант Мартынов (по-нынешнему поручик), остался стоять в дверях вагона, обозревая перрон и вставших в оцепление матросов, вооруженных винтовками с примкнутыми штыками.
И сделано это не потому, что здесь, в самой сердцевине, России есть какая-то опасность (хотя появление эсеровского террориста с бомбой совсем не исключается), а просто потому, что так положено.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
