Ян, наконец, вернулся в город, и впервые появилась возможность собраться и обмозговать, что делать с теми, кто так дерзко взялись выживать нас из нашего города.
Вот только тут подарочек вышел.
— Ты мог бы и не устраивать тут показательную порку. Вон девочку напугал.
— Мы собрались дела обсудить,, — огрызаюсь, до сих пор не понимая, на что именно злюсь. — Хочешь выгулять хер, ты знаешь, куда пойти. Меня зачем тогда вызванивал?
— Эй, полегче, — фыркает Воронов. — Чего взъелся-то? Если она тебе самому понравилась, так бы и сказал.
Чего рычать-то?
Внутри все аж восстает от желание съездить ему в морду. Хотя, казалось бы, за что? Дерьмо какое-то.
В отпуск, что ли, смотаться?
— Чего такие напряженные? — спрашивает Ян, заходя в ВИП-ку. — Коньяк-то принесли?
— Ага, да только наш грозный Север спугнул пташку, — демонстративно жалуется Тарас. — Такая девочка была.
— Слушай, достал со своим блядством во время дел, — морщится Медведев. Хоть кто-то здраво мыслит. — Кароче, у меня вышло договориться кое с кем насчет поддержки, так что те ушлепки, которые подожгли ангар, скоро пожалеют.
— Да ну? — Тут же включается Тарас. — И с кем же ты закорешился?
Дверь Ян закрыл неплотно, так что я слышу какой-то грохот. Да чтоб тебя…
— Погоди, пойду разберусь, — бросаю парням, а сам выхожу в коридор. Иду на шум, и когда оказываясь на месте, вижу опять Алину, уже даже не удивляюсь."
"Бедовая девка. Вечно вокруг нее творится какая-то поебень, а мужики так и липнут. А она опять — хлопает глазами вроде как не при чем.
И пожалуй, впервые за долгое время я действую на эмоциях, меняя планы буквально на ходу.
Стоило бы притормозить, но эта девочка задевает внутри то, что, казалось бы, умерло навсегда. И уже сидя с ней в машине, я запоздало понимаю, что куда логичнее было бы проигнорировать. Разобраться с беспределом, наказать виновных и вернуться к парням в ВИП, чтобы узнать, что там нарыл Ян.
Вместо этого я сижу здесь с ней и провоцирую, пытаясь понять, что за херня со мной творится.
— Так что? Отработаешь прямо сейчас? Места хватит — вставай на колени. И закроем долг.
— Ч-что? — она бледнеет, пытается отстраниться, хотя куда еще-то? И так вжалась в дверь, которая заблокирована.
— А как ты думала? Спущу тебе то, что ты расколотила?
Кажется, глаза у Алины становятся еще больше. Будто она и правда так думала. Но к раздражению примешивается еще и совершенно забытое чувство любопытства. Мне реально интересно, как она выкрутится.
