Запах свежего постельного белья пробивается даже сквозь заложенный нос. Он его поменял? Почему? Почему он вообще заботится обо мне?
— Где твои ключи? — спрашивает Дерек, но в ответ получает лишь мой удивленный взгляд. — Где твои ключи от квартиры? — повторяет свой вопрос четче, наклоняясь ко мне.
Слишком близко. Температура поднимается еще выше, и это уже не следствие болезни. Смотрю на тумбочку, где рядом с сумкой лежит связка ключей. Дерек забирает ее, кладет в карман и протягивает мой телефон.
— Позвони своему шефу и скажи, что заболела, — говорит строго.
Сосед закатывает глаза, когда видит, что я не принимаю мобильник, и кладет его рядом со мной. — И матери перезвони, — идет к двери. — Я в аптеку и обратно. Очень тебя прошу, не вставай без необходимости. Не хватало тебе еще и покалечиться, — уходит, бурча что‑то невнятное.
Прикрываю глаза, кладя руку на лоб. Своей температуры, конечно, не чувствую, но кажется я должна была уже давно сгореть заживо.
Мелодия мобильного режет тишину, вместе с черепной коробкой.
Быстро поднимаю трубку, чтобы прекратить пытку.
— Лия, слава богу! Я уже начала волноваться и хотела звонить в полицию! — слышу взволнованный голос матери. — Доченька, напиши мне что случилось, ладно? Все, я отключаюсь.
Дрожащими пальцами набираю сообщение. Буквы расплываются, хорошо, что автокоррекция исправляет все ляпы.
«Прости. Забыла сумку с телефоном в прихожей, а сама спала весь день. Все хорошо. Не волнуйся»."
"Сил исправить в очередной раз мать по поводу имени совсем нет, поэтому просто откладываю телефон, но он снова начинает звонить.
Нужно срочно сменить мелодию. Эта просто ужасна. «Кейси». Точно, я и забыла про нее. Сбрасываю вызов и тоже набираю сообщение.
«Кейс, я в порядке. Небольшой форс‑мажор, но не волнуйся, все улажено. Созвонимся в другой раз».
Даю себе пару минут передохнуть и набираю номер шефа. Услышав мой голос, он без колебаний говорит, что я могу оставаться дома, пока не поправляюсь. Тем более что понедельник и вторник мои законные выходные.
Ненадолго забываюсь в беспокойном сне, но то и дело прихожу в сознание. Боль в горле такая сильная, что хочется съесть пачку сливочного масла или выпить увлажняющего крема, чтобы смягчить его.
Что‑то прохладное касается лба, принося небольшое облегчение. Приятно. Открываю глаза и вижу Дерека, склонившегося надо мной.
— Ну как ты? Можешь сесть? — хмурит брови, убирая ладонь.
Слышу его, но не могу понять сон это или реальность. Я знакома с галлюцинациями.
