Все ее удары и выпады выглядят продуманными и точными. Да и наносятся в полную силу.
Так, пора уже усмирить эту непонятно откуда взявшуюся бестию. Подталкиваю ее к дивану и прижимаю своим телом к мягкой поверхности. Ненадолго отпускаю ее руки, чтобы сменить захват, за что довольно жестоко расплачиваюсь. Наверняка останутся отметины на шее и груди.
Вот стерва! И это «тихая забитая девочка»? Врет всем, что не может говорить, да еще и дерется, как кикбоксер. Снова беру контроль над ситуацией, удерживая ее руки над головой.
— Тише, — пытаюсь успокоить разгневанную девушку, но получается плохо.
Мия извивается подо мной, стремясь снова напасть. Я был прав, когда сказал, что в этой девушке сидит бесенок. Да какое там, может, даже сам дьявол!
— Знаешь, не самое лучшее мое знакомство с девушкой, — усмехаюсь я. Эта ситуация действительно кажется смешной. Даже идиотской, по сути.
Мия дергает руками, сверля злым взглядом серых, почти серебряных глаз.
— Хочешь, чтобы я отпустил? — цокаю языком. — Нет уж, мне дорога моя жизнь.
Соседка зло щурится, напрягая руки изо всех сил. Ее детское личико выглядит очень сосредоточенным и напряженным. Почти с умилением наблюдаю, как забавно Мия пыхтит и скалит зубки, будто двигает гору. Губы сами складываются в улыбку, пока она мечет в меня серебряные ножи.
— Значит, ты говоришь, — продолжаю вести беседу, как ни в чем не бывало. — Так давай поговорим.
Отворачивается в сторону, показывая, что не настроена на разговор. Мне плевать. Я настроен.
— Ну тогда продолжим лежать так.
Мне даже приятно, — немного ерзаю, устраиваясь поудобней.
Возбуждение молниеносно спускается вниз по животу. Черт. Вот это уже нужно контролировать. Мия резко разворачивается, вскидывая брови, и судорожно вдыхает, втягивая живот. Надеется, что так мы будем меньше соприкасаться? Вот дурочка. Не могу не улыбаться, глядя на нее. Дикий котёнок. Совсем не ручная, но такая маленькая и миленькая.
— У меня есть еще одно средство, которое тебя точно разговорит. Мне бы, конечно, не очень хотелось прибегать к таким жестоким методам, — устрашающе говорю я, приближаясь к ее лицу.
Сладкий и смутно знакомый запах бьет в нос. Мята и мармелад. Но что‑то перебивает эту смесь… Кажется, сигаретный дым.
МияБоже, пожалуйста, пусть он меня не узнает. Пожалуйста.
Дерек слишком близко. Он и есть тот самый парень из бара. Теперь это очевидно. Мысли путаются, а страх проникает под кожу. И страх быть раскрытой и просто страх близости с этим человеком.
