— Ты с кем-то подрался? — тут же переключаюсь, начиная волноваться. Куда он успел вляпаться? Откуда эта ссадина?
— Что? — смотрит на свои кулаки и усмехается. Костяшки обеих рук сбиты и покрыты запекшейся кровью. — А, ты об этом? Ерунда.
— Нужно обработать, — не дожидаясь его ответа, спешу в ванную."
"Пытаюсь немного прийти в себя, успокоиться и подумать, но бурлящий поток смешанных чувств не позволяет. Что произошло? С кем он подрался? Есть ли у него еще повреждения? Может, стоит поехать в больницу? Рой вопросов жужжит в мыслях, не давая ответить ни на один.
Нахожу в шкафчике рядом с раковиной аптечку, в которой, слава богу, есть все необходимое. Возвращаюсь к Дереку, и он на удивление послушно следует за мной на кухню, не произнося ни слова. Его покладистость даже пугает.
Обычно он язвит или ругается, а сейчас просто сидит и смотрит, как я проверяю его на наличие других повреждений. Лишь один раз он поднимает уголок губ в полуулыбке, когда я беру его лицо в ладони, а после снова уходит в себя.
Может, ему прилетело по голове? Чего он такой тихий вдруг стал? Осторожно провожу руками, зарываясь в его волосах. Ни шишек, ни ран. Кроме рук вроде больше ничего не разбито.
Облегченно выдыхаю. Конечно, это не очень хорошо, но и не очень плохо. Кожа на руках заживет быстро. Скорее всего, противнику досталось куда больше. И даже не знаю, радоваться здесь или грустить.
Плевать. Главное, Дерек в порядке. Остальное не столь важно.
Удается промыть и обработать раны, не вступая с соседом в диалог.
Но это ничуть не улучшает положение. Его пристальный взгляд все равно заставляет сильно нервничать. Надо бы скорее закончить и спрятаться в своей комнате. Чем дольше я рядом с Дереком, тем сильнее затягивают эти зыбучие пески. Скоро уже будет невозможно выбраться.
— Спасибо, — говорит Дерек, когда я закрываю аптечку и отодвигаю ее на край кухонного стола, за которым мы сидим.
— Это благодарность за то, что ухаживал за мной, пока я болела, — произношу, избегая его взгляда.
— Так значит, только лишь благодарность? — опирается локтями о стол, подаваясь ближе ко мне.
Чего он добивается? Зачем задает такие вопросы? Сижу, не шелохнувшись, вполоборота к нему, и смотрю перед собой.
— Мия, что у тебя с тем парнем из бара? Давно ты его знаешь? — голос холодный и даже злой, но при этом не чувствуется открытая враждебность. Он злится не на меня, а на Ричарда.
— Какое тебе дело? — четко проговариваю, стараясь держать себя в руках.
