— Если возможно, дай мне потом прослушать запись допроса Салтыкова.
— Какое он на тебя произвел впечатление? — спросил Колосов.
— Он очень богатый человек, Никита. Но ведет себя так, что в Нем самом это его богатство незаметно. Вежливый, радушный, манеры безупречные. И при этом, знаешь… какая-то восторженность такая… Забавный он и простой в общем-то.
— Простота, Катя, хуже воровства, — хмуро заметил Колосов, — И в простоту, наивность и во все такое я не верю, когда речь идет уже о двух трупах.
— Знаешь, когда мы там были с Сережей, когда по парку с ним ходили, за столом сидели, не было и намека на то, что убийство священника их как-то касается.
— Ну а теперь убили их главного научного консультанта. Это их коснется вплотную, всех."
"— Ну а на тебя Лесное и они какое произвели впечатление? — спросила, в свою очередь, Катя.
— Я видел дворянский дом с колоннами в строительных лесах, двух женщин, одну молодую и одну, не молодую, и мальчишку, страдающего поносом. Дом внутри, то есть флигель; обустроен неплохо, жить можно, с комфортом.
И это все, что я видел сегодня.
— Немного, — Катя снова вздохнула, — Впрочем, я провела там целый день, но увидела не больше твоем Говорили в основном про реставрацию усадьбы. Кстати, эта Филологова и говорила — экскурсию для нас провела небольшую. Все показала. Поведала еще легенду старую, связанную с бывшей хозяйкой Лесного Марией Бестужевой. Якобы та клад заговоренный где-то в имении зарыла. Было это еще в восемнадцатом беке, но, как я поняла, потомки Бестужевой и последующие владельцы Лесной а среди них были предки Лыковых и Салтыкова, тоже занимались кладоискательством.
Однако неудачно. Cepeжа мне потом пояснил, что клад заговоренный просто так, что называется, дуриком, вообще найти нельзя. Для этой сначала надо выполнить условия, наложенные заклятием.
— Кати, ты это… ты вот для чего мне все это рассказываешь?
— Я излагаю тебе суть наших субботних застольных бесед, Никита. И потом, — Катя выдержала паузу, разве у тебя есть какие-то реальные версии по убийств Филологовой и священника?
— Реальных нет, банальные есть, расхожие.
Я шефу в рапорте все изложил. Тебе пересказать?
— Не нужно, обойдусь. Ты что же, начнешь проверять, где они все были с восьми до одиннадцати?
— Да. Вот именно — с восьми до одиннадцати. Если конечно, удастся установить.
— Почерк, очень схожий с убийством отца Дмитрия? — тихо спросила Катя.
— Очень схожий. Если, конечно, это можно назвав почерком.
