А затем по выходе из очередного храма медицины снова начинал гудеть, потому что уж такова была его неуемная натура и такова была его небесная «планида».
И всюду и везде вместе с ним был его начальник службы безопасности, личный телохранитель Вадим Кравченко. И не было участи печальнее его в такие дни. Потому Что чертовски обидно быть единственным трезвенником в компании забубённых гуляк."
"В такие дни Кравченко, было лучше вообще не звонить, не бередить сердце, но… Мещерский знал: только Вадик Кравченко может помочь ему в ситуации, когда надо срочно отыскать человека, преступно чурающегося своего мобильного средства связи.
В глубине души он всегда думал, что Катя, в общем-то, недооценивает своего мужа. И если бы она захотела и приложила бы немножко усилий, то легко бы смогла привлечь и Кравченко к этому делу. И. они сразу бы значительно облегчили себе задачу и не блуждали бы в кромешных потемках — у Кравченко были светлые мозги. Но Катя усилий не прилагала, словно нарочно! И друг детства Вадим Кравченко по-прежнему воспринимал их поездку в Лесное в штыки.
А он, Мещерский, от всего этого ощущал себя сильно не в своей тарелке. Но сейчас он решил махнуть рукой на все эти сложности и деликатности и позвонить другу детства. Позвонил.
— Алло, я вас внимательно слушаю.
Тон Кравченко, когда он находился на службе при теле работодателя, был убийственно вежлив и холоден как лед.
— Привет, это я, — поздоровался Мещерский. — Слушай, срочное дело.
— Серега, ты, что ль? Я в дикой запарке, через пару минут перезвони мне! — тон Кравченко потеплел, но было слышно, что он действительно в дикой запарке.
— Вадя, мне твоя помощь нужна, просто необходима!
— Прямо сейчас? У нас тут ЧП — дед мой (с некоторых пор Кравченко называл своего работодателя только так) в сауне в обморок кувыркнулся. Снова переборщил. Тут врачей уйма. В чувство его приводят.
— Вадик, в Лесном еще одно убийство произошло. Мне Катя только что звонила, — выпалил Мещерский. — А я Ваньку Лыкова ищу, хочу узнать у него, что и как там в Лесном.
Звоню, а он, собака, по мобильному не отвечает. Ты не помнишь его рабочего телефона, у меня только домашний?
Кравченко на секунду задумался. Мещерский ждал. Положим, с Ваней Лыковым Кравченко тоже видался не вчера. Но зато у него профессиональная память бывшего кадрового сотрудника ФСБ. Он как киборг: все всегда помнит — телефоны, адреса, связи, явки, пароли, хоть это и было десять лет назад.
— Он тачки продавал в Южном порту, — сказал Кравченко.
