— Конечно же, я выйду за тебя замуж, потому что я люблю тебя, Джеймс Стенвей! Именно это чувство помогло мне найти дорогу домой.
И уже в следующее мгновение его губы прикоснулись к ее.
Глава 17
Огромный королевский барк — четырехмачтовик, несколько палуб, дерево и железо, — едва заметно покачивался на волнах, хотя ветер после того, как мы вышли из Бискарского залива, стал совсем уж солидным.
Трепал мне волосы, так и норовя сорвать и унести шляпку — последний подарок Джеймса, — и вдоволь с ней позабавиться.
К тому же, он совершенно бесстыдно задувал под подол нового сиреневого платья — опять же, подарка моего жениха, — которое при сильных порывах пребольно хлестало меня по ногам.
Но я не спешила возвращаться в свою каюту. Так и стояла на верхней палубе, ухватившись за поручень, и смотрела вдаль. Думала о том, что, наверное, если бы я путешествовала на «Гордости Империи», то сейчас бы лежала в лежку с зеленым лицом, вцепившись в «Житие Богов» и умоляя Эмгу быть к нам милосердным.
Зато здесь, на борту «Крыльев Стенвеев», идущем попеременно то на парусном, то на паровом ходу, качки почти не ощущалось.
Именно поэтому последние полчаса я преспокойно разглядывала скрывшийся в вечерней дымке берег, с трудом различая высшие пики Арвийских Скал и понимая, что где-то там, у их подножия, спрятался Стенстед. Или же переводила взгляд в другую сторону — смотрела, как заходившее солнце плескалось в бесконечном море, окрашивая его воды в золотисто-малиновые цвета.
А еще поглядывала в безоблачное небо, чувствуя, как меня переполняет целая гамма чувств. И самое сильное из них — любовь к человеку, который очень скоро станет моим мужем. Оставалось совсем немного — мы с Джеймсом собирались пожениться, как только Брайн соизволит отпустить меня с отбора.
Именно так и заявил нам король, когда мы сообщили ему столь радостную весть. Поставили его в известность, что мы с Джеймсом любим друг друга и собираемся всегда быть вместе, и нет такой силы, которая могла бы нас разлучить.
Даже Грани и другие миры не стали для нас помехой.
Впрочем, возражений у короля не нашлось — пусть на его лице появилась натянутая улыбка, но он вполне приветливо нас поздравил, сказав, что не станет препятствием для двух любящих сердец.
Единственное, все же высказал свое пожелание. И это пожелание прозвучало как приказ.
Брайн хотел, чтобы мы с Джеймсом во всем следовали традициям Арондела.
