— Я уже говорил тебе, что существование леди Берналь меня нисколько не волнует.
- Вижу, ты относишься к ней с прохладцей, — отозвался король, после чего отпил янтарной жидкости из бокала. — Но все-таки признай, Джеймс, что в остроумии Бэсси не отказать, а ее красота сразу же затмила всех на этом отборе!
Но Джеймс не спешил признавать ни одного, ни другого, подумав, что во дворце есть та, кто могла бы дать Бэсси Берналь сто очков вперед. Как в остроумии, так и в красоте. А еще, что он уже второй день не мог выкинуть ее из головы, и с этим нужно было что-то делать.
- Знаю, — тем временем продолжал его двоюродный брат, — ты уже предостерегал меня от ошибки и говорил, что Бэсси Берналь как раз такой и будет. Я даже начал подумывать, а не достать ли мне из сокровищницы Сердце Арондела, чтобы древний артефакт помог мне сделать правильный выбор… Но затем решил, что разберусь без него, потому что предпочитаю совершать собственные ошибки.
— О да, я это вижу! — не удержался от колкости Джеймс.
— Но и ты, похоже, торопишься совершить свои, — тут же парировал Брайн, — потому что слишком откровенно интересуешься одной из моих избранниц.
Весь двор об этом только и говорит! Агата Дорсетт… — произнес король ее имя, словно пробовал на вкус многолетней выдержки коньяк. И Джеймсу это, опять же, не понравилось. — Скажи мне, ты хочешь, чтобы я отпустил ее с отбора?
— Я хочу, чтобы ты поступил разумно, — отозвался герцог Раткрафт, вытянув длинные ноги и уставившись на огонь.
Он не собирался навевать своему кузену мысли о соперничестве, решив, что в этом случае Брайн ее так скоро не отпустит.
— Разумно? — переспросил кузен.
— Королевой ей не стать по многим причинам, и ты прекрасно их знаешь. К тому же, подозреваю, ты близок к тому, чтобы сделать окончательный выбор, а ее среди тех, кто затронул твое сердце, нет.
На это король усмехнулся.
— Похоже, Джеймс, сейчас ты поспешил со своими выводами. Я пока еще ничего не решил — ни насчет Агаты, ни насчет остальных. Что же касается леди Корнуэлл, скажу тебе сразу, что я нахожу ее достаточно привлекательной.
В ней есть что-то необычное, но я так до конца и не понял, что именно. Не раскусил, кто она такая, потому что еще не успел рассмотреть. — Усмехнулся. — Зато сейчас я вижу, как смотришь на меня ты. Смотришь, не скрывая своего недовольства! О, Джеймс, я узнаю этот твой взгляд!
— И какой же у меня взгляд? — отозвался герцог, впервые за долгое время почувствовав, что кузен его порядком раздражает.
