Рассказываю дочке одну сказку, потом вторую, а она все уснуть не может, то бежит к огромной корзине, в которой сладко посапывают два белых комочка, то вдруг просит попить, потом ей срочно нужно в ванную, потом голод донял, и мы с ней крадемся в кухню, где под хлопковой салфеткой находим булочки, оставшиеся с ужина.
Я люблю булочки с молоком, не успеваю спросить, с чем любит Дарьяна, она сама уже лезет в холодильник за бутылкой на которой нарисована корова. Млею от осознания, что у дочки мои привычки и пристрастия.
- Так-так, полуночницы, почему до сих пор по дому шастаете?
Нас застали на месте преступления, но мы смеемся, переглядываясь. Даже Макс начинает улыбаться, потом присоединяется к нашему пиршеству, наливая себе чай. Полчаса мы втроем напоминаем счастливую семью, смеемся забавным историям, которые рассказывает Максим, потом вместе убираем со стола и поднимаемся по лестнице на второй этаж.
- Ты иди в свою комнату, устала, наверное, да и душ принять надо. Я дочку сам уложу, - тихо говорит бывший муж, кивая за свое плечо, на его спине висит наша маленькая мартышка, зевает во весь рот.
- Спокойной ночи, тетя Даша, - блестит сонными глазами малышка, я целую ее в румяную щечку и желаю сладких снов. – А ты завтра снова у нас останешься?
- Дарьяш, давай ты не будешь мучить вопросами тетю Дашу, она устала от тебя.
Вот так, снова за меня отвечает. Толкаю дверь в выделенную мне комнату. Душ сейчас самое то, мысли надо привести в порядок. Через полчаса стою у двери Макса, забыла поговорить насчет утра.
Мне на смену же, как я доберусь до работы, да и домой надо заскочить. Если на такси, то надо вызывать машину пораньше."
"Я топчусь у двери, не решаясь войти. Потом понимаю, что будить мужчину не хочу, тяжелый день был, спит уже, десятый сон видит. Делаю пару шагов к своей комнате и застываю на месте. Громкий протяжный стон доносится из спальни Макса и в груди леденеет от страха. Он будто умирает.
Врач во мне просыпается мгновенно, без сомнений толкаю дверь и влетаю во мрак шикарной спальни, наощупь нахожу выключатель на стене, и уже при свете вижу, как корчится на кровати тело моего бывшего мужа.
- Макс, что случилось? – меня пугает его бледное лицо и расширенные зрачки, глаза вместо серебристых черны, как ночь, от невыносимой боли.
Аппендицит? Отравление? Еще час назад было все нормально. Мысленно ищу свой мобильник, чтобы позвонить на станцию «скорой помощи».
