– Давай, покажем ему?
- Стрекоза это, а не фея, - фыркает Нечаев, разглядывая феечку на картинке. – Ладно, берите, какое приглянулось, а то до вечера спорить будем.
Магазин покидали довольные, Дарьяна смеялась и подпрыгивала, вцепившись в наши с Максом руки. Странно, но он улыбался, видимо забыл, что чувства нужно маскировать.
- Завтра приходите на праздник Весны, я буду ждать, - приглашает Дарьяна, и я киваю. Ни за что не пропущу ее праздник. – Папочка, а можно в кафе поехать? Я хочу мороженое.
- Да, поедем, только тетю Дашу домой отвезем…
- Хочу с тетей Дашей, - перебивает дочь отца, который смотрит на меня и снова хмурит брови.
Ждет, что сама откажусь, сошлюсь на дела или усталость. Ну уж нет, больше ни минуты не упущу, которые можно провести в общении с дочерью. Меня и так слишком долго не было в ее жизни."
"Наевшись, малышка убегает в детский уголок, к клоуну, который показывает фокусы, веселя ребятню. Взрывы детского смеха и визга наполняют кафе особой энергетикой, счастье будто летает в воздухе.
- Не надо было соглашаться, моя дочь настоящий деспот, не привыкла к отказам. Ты устала со смены.
- Наша дочь хорошо воспитана, не надо утрировать, Максим, - делаю акцент на слове «наша», наблюдая за реакцией мужчины. Надо же, ни один мускул не дрогнул на лице. – Я успею отдохнуть. Лучше расскажи, пока мы одни, как ты додумался использовать мой биоматериал, не побоялся стать отцом-одиночкой… Настя родила Дарьяну?
- Ну что же, расскажу. Да, Настя родила, откуда ты знаешь? – хмыкает Макс, сминая чистую салфетку.
Ему неприятен разговор, но я имею право знать правду.
- Видела вас как-то в супермаркете. Настя была на последнем месяце, живот большой был уже. А ты так смотрел на ее живот, руку прикладывал, понятно было, что там твой ребенок. Подумала, что Настя ушла от Миши к тебе, они же разводиться собирались тогда…
- Они не развелись. Настя как-то пришла ко мне, когда я ушел из спасательной службы и стал продавать тачки, она попросила меня и Мишку выдернуть из спасателей, места себе не находила.
А я в то время уже загорелся мыслью о суррогатном материнстве, искал подходящую женщину. Вот мы и заключили договор.
Максим немного отодвигает свой стул от стола, задевая пальму в кадке, будто хочет быть дальше от меня, но разглядывает мое лицо, тоже сканирует эмоции. Он всегда боялся обидеть меня, с детства оберегал и дрался с теми, кто доводил меня до слез. С собой не подерешься.
