Она уселась на место и осмотрела рукава своей куртки, таким виноватым взглядом, будто я осудил её.
— У меня нет другой верхней одежды, но мне не холодно, правда.
Не стоило мне рассчитывать на то, что у её матери неожиданно проснётся материнский инстинкт.
— Принцесса, не нужно мне лгать. Давай сейчас поедем и купим тебе нормальной одежды.
— Стас, я даже не знаю…
— Полина, — твёрдо произнёс я. — Не отказывай мне в этом.
— Ладно, — на этот раз она быстро сдалась, легко улыбнувшись.
Закрыв дверь, я сел на водительское место, когда она произнесла:
— Мне иногда кажется, даже если я откажу, это ничего не изменит.
— Ты уже начинаешь изучать меня, — ухмыльнулся я, выехав с парковки ресторана в направлении улиц с магазинами, в которых одевалась моя жена, которая скоро станет бывшей. Я знал это лишь потому, что несколько раз подвозил её.
Полина нахмурилась, когда я остановился у одного небольшого магазина посреди улицы. Внутри никого не было, когда мы зашли. Две девушки-консультантки сразу же подошли к нам.
Они вежливо улыбнулись Полине, на что она ответила тем же.
— Здравствуйте, что вам подсказать?
— Всё, что посчитаете нужным. И главное — верхняя одежда, — требовательно попросил я, когда вторая из девушек сразу же побежала к вешалкам с одеждой. Я хотел порадовать её, купить ей побольше одежды, которая бы ей нравилась.
Хотя я вынужден признаться, для меня она была прекрасна в любом виде — даже в тех обносках, которые носила не по погоде.
— Пройдёмте, — девушка взяла Полину за руку, после чего она обеспокоено посмотрела на меня.
— Не стесняйся, принцесса. Выбирай всё, что тебе понравится. Я здесь, — шепнул ей я, остановив её на секунду.
Усевшись в белое кожаное кресло, я налил в стакан воды. Пока Полина выходила из примерочной ко мне, мне принесли кофе. Я улыбался каждый раз, когда видел её в новом платье. Она была ангельски красива в любой вещи, которую надевала. Я был влюблён в каждое её робкое движение, в каждый стеснительный взгляд и каждую искреннюю улыбку, которую она дарила мне.
Я не мог представить, чтобы она принадлежала другому мужчине, чтобы красовалась перед ним, робела перед ним, чтобы делала перед ним всё, что делала со мной.
Это бурлящее чувство, желание обладать ею, быть её единственным мужчиной. Оно не оставляло меня, даже когда Полина была настолько близко.
Когда несколько громадных пакетов вещей были готовы, я подошёл к кассе, чтобы расплатиться.
— У нас цены в иностранной валюте.
