Как эта мразь — именуемая себя матерью — могла поднять руку на эту крошку? Как эта тварь могла вообще подумать, чтобы затушить окурок о её нежную кожу?
Каждый день пропитан прострацией. Каждый день как туман, оседающий моросью где-то внутри меня. Каждый день я думаю, каково было ей? И чтобы понять хотя бы каплю, нужно ощутить на себе."
"Сижу уже битый час, наполняя окурками пепельницу — она почти забита. Сигареты сами чуть ли не выпрыгивают из пачки, предвкушая поцелуй с губами, который посмертно окрасит фильтр в грязно-розовый цвет.
Никотин заполняет лёгкие, пытаясь успокоить нестерпимый душевный зуд. Понимаю, что мне нужно срочно это сделать, чтобы прочувствовать. После очередной затяжки поворачиваю тлеющую сторону сигареты к запястью левой руки. Потихоньку приближаю к коже — ещё немного. Чувствую тепло. Сначала ненавязчивое. Слегка согревающее. Но вдруг осознаю, что не в полной мере воссоздаю ситуацию. Полина не вымеряла по миллиметру. Полина не была готова морально, иначе успела бы отойти.
Полина не была предупреждена. И я должен считаться с этим, поэтому сигарета жёстко впивается в мою огрубелую кожу. Резкая, непродолжительная боль вызывает пульсацию и быстро стихает. Сразу проявляется покраснение с белыми вставками посередине — всё это вперемешку с пеплом, застывшем сверху. Позже образуется волдырь, а ещё спустя какое-то время ожог покроется тёмно-коричневой коркой.
Теперь я знаю ощущения обессиленной девочки, которая боялась отведать на себе ещё много сигарет.
Вроде как всё по-честному, я воссоздал всё, кроме одного — Полина сделала это не сама. Она всего лишь ребёнок, который блуждал ночью во время дождя по парку. Ребёнок, для лечения ран которого не подойдёт подорржник. Ребёнок, а это своего рода диагноз, который излечит лишь время и жизненный опыт. Дети ведь как животные — сами за себя не отвечают, прокормить себя не могут, позаботиться тоже.
Телефонный звонок на мгновение отрезвляет мой мозг.
— Станислав Юрьевич, — слышу напряжённый голос своего помощника.
— Да, слушаю тебя.
— У нас тут небольшие накладки по третьему проекту.
— Это который?
— Коттеджный посёлок.
— Какие там могут быть проблемы? — раздражённо спрашиваю я, всматриваясь в след на запястии.
— Дело в том, что смета будет немного отличаться от той, что указана в документах.
Старый помощник вынужден был переехать в другой город с беременной женой. К огромному моему сожалению.
