После того как прошел слух, что принц-регент пожаловал вашему супругу титул барона, в Лондоне больше ни о чем не говорят. Пендрагону придется появиться в палате лордов через две недели и занять там свое законное место.
— Да. И еще нас пригласили появиться при дворе. По этому случаю Шульц шьет Рейфу костюм.
Джулианна подумала про перья, палантин и юбку с кринолином и шлейфом, которые ей придется надеть, и снова порадовалась, что громоздкий наряд тщательно скроет все признаки беременности. Не то чтобы она еще была заметна вот в чем польза последней моды — платьев с высокой талией, но Джулианна подозревала, что в ближайшем будущем все переменится.
С каждой прошедшей неделей она чувствовала, как младенец растет, крепнет и шевелится все сильнее, и предпочитала, чтобы общество пока не узнало о ее беременности, потому что все тут же начнут делать мысленные подсчеты.
Снова прозвенел колокольчик лавки, и оттуда появилась леди Невилл с небольшой шляпной коробкой.
— О, добрый день, Саммерсфилд, — сказала она, сделав графу реверанс.
— Надеюсь, вы развлекали бедняжку Джулианну, пока я пыталась выбрать подходящую шляпку?
Он поклонился:
— Мы немного поболтали. Но у меня есть идея. Почему бы мне не сводить вас, леди, куда-нибудь, где можно выпить, чего-то горячего и съесть пирожное? Наверняка у вас есть несколько свободных минут, заодно дадите ногам отдых.
Джулианна нахмурилась. Она ушла из дома несколько часов назад, и скорее всего ее уже ждут.
Но чай и пирожные… звучит заманчиво.
Потом подумала о Рейфе. Ему точно не понравится, если она пойдет куда-нибудь с лордом Саммерсфилдом. Хотя, с другой стороны, наверное, ему уже все равно. Что-то не похоже, чтобы он ее ревновал.
И что плохого в том, если они немного посидят в кафе?
Замужние женщины постоянно появляются в общественных местах с холостыми мужчинами, причем многие обращаются со своими спутниками так же свободно, как с приятельницами. Кроме того, если даже Рейф и узнает об этом, что он может иметь против, если сними будет Беатрис?
— Да, милорд, — сказала Джулианна.
— Мне очень нравится ваше предложение. Беатрис, ты согласна?
Леди Невилл кивнула своей белокурой головкой:
— Конечно. Ты же знаешь, как я люблю сладкое.
— Я очень рад, леди, — произнес граф, предлагая обеим руки.
— И что они сделали потом? — сердито спросил Рейф. Его брови нависали над глазами как пара острых кинжалов.
