Если вызовут Совет старейших оборотней и проведут расследование по содержанию Мира все эти годы, то выявят многочисленные нарушения. И всем будет плевать, что Жнец и сам не всегда знал, что происходит в его доме, занятый делами клана и божественной волей.
Я застыла, впитывая, как губка, все, что мне наговорили. Не то, чтобы была причина не верить, но…
— Почему ты раскрылась? Что за клан убийц? И почему вы помогаете лорду Вайре?
— Потому что у Серого клана долг. О кланах спроси у Жреца, он ответит. Мое прикрытие больше не имеет смысла, но до отмены распоряжения я не уйду и буду охранять юного господина.
— Ты так и не ответила на вопрос — что в таком случае делать? Думаю, лорд Вайре и сам понимает опасность происходящего.
— Он не знает, что Совет уже собран. К чему-то подобному его враги готовились давно. Это…
— Не связано с заговором?
— Нет, но они действуют на руку врагам страны, старые глупцы! — сероглазая, полная тайн, досадливо поморщилась. — И среди них родной дед лорда Вайре по отцу и дед юного лорда Миррима по матери.
Он до сих пор винит лорда Вайре в смерти дочери.
Космос! Это я-то надеялась не влезать в интриги! Не в одну, так в другую. Но Мира я ни одной старой сволочи не отдам. Я уверена, что ребенку будет лучше рядом с родным отцом. Да, лорд… Эрен, быть может, был и не самым лучшим отцом, но он старался и старается! И сына любит! И я успела полюбить мальчишку, искренне к нему привязаться. Если… если все-таки это не сон, не жестокая выдумка, не штука — и мы с Эреном сможем стать парой, то я сделаю все, чтобы малыш чувствовал себя счастливым и никогда бы не считал себя лишним в семье.
Прикрыла глаза, стараясь успокоиться и мыслить объективно.
Что ж, похоже, пообщаться с лордом мне действительно придется. Если он куда-то и уехал, то номер его магофона теперь всегда со мной, да и наша связь подскажет. Я чувствую её — звенящую золотом нить, которая связывает сердца и души.
И начинаю верить. И в хороший для нас конец, и в любовь и… размякла я от хорошей жизни.
Когда повернула голову, собираясь кое-что уточнить, моей собеседницы уже не было.
— Мир, иди сюда! Мир! — окликнула. Лучше не терять его из вида.
— Ага. Чего, мам?
От этого “мам”, все внутри перевернулось, нестерпимо заныло, задрожало, заставляя почувствовать себя ещё более крепко привязанной к семейству Вайре.
Пальцы сами, без участия разума взъерошили светлую макушку. Правду говорят, что маленькие волчата очень привязчивы.
