Что ему ответить, если сейчас и самой все эти игры кажутся неимоверно глупыми? Зачем я все это затеяла? Как будто попав в волчий замок разом сбросила лет десять, превратившись в свою юную безголовую копию.
— Теперь уже и не знаю, — призналась, — криво усмехнувшись, — это было глупо, милорд…
— Эрен.
— Вы уверены? — нахмурилась.
— Ты. И да, уверен, что к своему будущему мужу ты имеешь полное право обращаться на “ты”, кошка.
— Вот так?
— Да, — мягко обласкал чужой взгляд, пройдясь пером по телу, — но все-таки даже у самой последней глупости чаще всего есть причина.
Почему? — он смотрел серьезно, требовательно, но не давил в этот раз. Я оценила.
— Потому что мне хотелось, чтобы ты полюбил меня-человека, а не меня — ценную самка клана оборотней. Глупо, знаю. Все хотелось, чтобы любили меня настоящую, а получилось, что придуманный образ…
— Тссс, — теплый палец прижался к губам.
— Кошка, ты самая настоящая из всех, кого я только знаю, поверь. Тебе не приходило в голову, Мая, что заинтересовался тобой, очаровался тобой, полюбил тебя именно благодаря твоей двойственной природе? Именно потому, что ты считала себя человеком, но кровь оборотней никуда не денешь…
— Но…
— Ты не ненавидела нас.
Не боялась. Не пыталась получить выгоду. Ты принимала нас всех так же, как и своих приятелей из людей. Скажешь, нет? — внимательный взгляд искрящихся глаз.
Если рассматривать это с такой точки зрения… Змей, а не волк и или кот! Вон как все развернул!
— Если бы ты была чистокровным человеком, прости, Мая, но ты была бы другой.
Возможно, такой же прекрасной молодой женщиной, умной, сильной и целеустремленной, но… человеческой. Это не плохо, — оборвал он мой зарождающийся протест, — просто и характер, и психология были бы иными. У тебя были бы другие родители, ты росла бы в полноценной семье и вся жизнь твоя была бы совсем иной. Так какой смысл обсуждать то, чего не было? Скажешь, я не прав? — острый коготь прочертил дорожку по горлу и спустился ниже.
— Хочешь сказать, что я не была бы той женщиной которая тебе… понравилась? Мы рождаемся теми, кто мы есть, и я зря цеплялась за свою мнимую человеческую природу? — усмехнулась, запуская пальцы в гладкие светлые пряди чужих волос.
Какие же мягкие…
— Правильно… — его горящие глаза так близко.
Ноздри подрагивают, словно Вайре принюхивается.
Он склоняется ниже — и неожиданно накрывает ладонями мою грудь, поглаживая. Становится жарко. По телу прокатывается дрожь, меня встряхивает, бегут мурашки.
