Совершенно бесстрастная вежливая маска. Нечеловек, конечно. Идеально, совершенно красив, за него бы все модельные агентства передрались.
И все же веяло от него чем-то чуждым. Не враждебным, но холодным, опасным. Таким, что никто не посмел сказать против ни слова. Да и кто бы смог столько денег отдать? Кто он такой?
— Я могу получить свою покупку? — не меняясь в лице, повторил мужчина. — Сомневаюсь, что кто-то перебьет мою цену.
И высокомерный засранец внимательно оглядел окружающих его соседей, вызывая у них безотчетные позывы отползти подальше.
— П-полмиллиона раз, полмиллиона два… — ведущий затараторил с видимым облегчением, пока не дошел до сакраментального. — Продано господину в белом!
Да, и одет этот сноб был во все белое. Удивительно, но ему шло. На белоснежном пальто не было ни пылинки, белые с серебром брюки идеально подчеркивали сильные ноги.
Мне было невыносимо холодно. Разум до последнего не хотел верить в то, что сейчас произошло. Что меня просто… что, дарг раздери? Купил какой-то хлыщ? Что он со мной явно не в шашки играть собрался?
Меня потянули со сцены вниз, по небольшой лесенке, туда, где сбоку располагалась ещё одна комната.
Для сбытого товара, так сказать.
Мой “хозяин” уже был там. Смотрел надменно и спокойно, не обратив на меня ровным счетом никакого внимания.
Подписал протянутые ему на пластике документы, так же не произнося ни слова.
Но, когда помощник одного из этих работорговцев накинул на меня плащ, а потом потянул руки к серебристому ремешку, резко рыкнул:
— Нет!
— Но господин, это обычная практика, к тому же в фиксатор вплетены кое-какие сдерживающие и расслабляющие заклятия, чтобы ваша покупка не вздумала вести себя агрессивно.
Ах ты, зараза такая! Да чтоб ты девушку в своей постели увидел в следующий раз, когда тебе за пару сотен стукнет!
— Я сказал — нет, — голос у замороженного ленда был низким, рычащим и настолько повелительным, что ослушаться было невозможно.
Мужчина развернулся к двери, а потом неожиданно взял меня за руку — ледяную, мокрую — так и поседеешь раньше лет на двадцать.
И молча повел за собой.
Мы прошли какими-то незнакомыми коридорами и вышли совершенно с другой стороны. Не черный вход и не парадный. Да сколько их здесь? Бежать я даже не пыталась. Понимала — не выйдет. Не сейчас, по крайней мере.
Мужчина вытащил из кармана что-то небольшое, похожее на брелок. Тот пиликнул — и через пару секунд на обшарпанной улочке показался большой, сверкающий хромированными боками летун.
