Иначе все могло бы закончиться куда плачевнее.
И то, что император милостиво решил пока не вмешиваться в наши с лордом Вайре отношения… Это на самом деле очень много.
Я шагаю вслед за приставленным слугой к дворцовому телепорту, ловя на себе заинтересованные, откровенные, восхищенные взгляды снующих по коридорам оборотней. Женщин во дворце почти нет, или же они в другом месте.
В любом случае, честно признаю, что облегченно вздыхаю, когда голубые искры уносят меня в совершенно другой зал телепортации.
И я шагаю прямо в раскрытые объятия дядюшки Искара.
Вот же! Родственников в моей жизни стало очень много.
Но альфа не стал набрасываться с вопросами, не стал предъявлять претензии. Только окинул задумчивым взглядом и уточнил:
— Жива, здорова, все в порядке?
— Все хорошо, tchenne, — слово, что означало со старого языка оборотней нечто вроде ласкового “любимый старший”, сорвалось само.
Оборотень, выглядевший, как модель с обложки эротического журнала, просиял каким-то особым, уютным, предназначенным только для меня светом.
— Малышка… chache…"
"Он обнял меня крепко, поглаживая по голове и что-то тихо шепча. Действительно перенервничал. Вот только надо же было такому случиться, что господин Вайре умудрился застыть в дверях именно в этот момент.
Окинул нас заледеневшим взглядом и собирался уже было то ли сказать какую-то гадость, то ли… но выруливший из-за угла Марнус спутал ему все карты. Хлопнул Эренрайте по плечу и заявил:
— Ну что, Дочь Стаи нашлась, теперь можно уже, наконец, допросы проводить? Видишь, не съел ее Владыка.
Так это за меня беспокоились так?!
Обжигающий взгляд ледяных, таких ярких, таких живых сейчас глаз…
Остановите планету, господа оборотни, мне надо сойти и охладиться.
Глава 19. Ещё одно испытание…
Охлаждалась я в ванной, стараясь не вспоминать пронзительный взгляд чужих ярких глаз.
Я справлюсь и с этим, и с любым другим испытанием, не так ли? Сейчас только стоит самой для себя решить — продолжать молчать или признаться? Глупо отрицать — я все равно хочу этого несносного клыкастого.
Со всеми его проблемами, со всеми волчьими тараканами и блохами-мутантами. Со всей его гордостью, некоторым самодовольством и… недостатки есть у каждого. Вот только не каждый может с ними справиться. Не каждый даже может их признать и пытаться с ними бороться.
Хотя… нет, характер, конечно, все равно паршивый.
Люди ему не подходят, ишь ты.
Но глупо сейчас об этом думать, зная то, что я узнала за последнее время.
