Придется это исправить, – прохрипел он, а потом накрыл мои губы властным поцелуем.
От удивления я замерла. А когда меня выдернули из кресла и посадили на стол, при этом не прекращая поцелуй, я была почти что в нирване. Губы, что сначала были жесткими, теперь целовали нежно и мягко. Одна горячая рука крепко прижимала меня к телу хозяина, другая зарылась в волосы, и удерживала голову, не давая мне отстраниться. Хотя это было и не нужно, я сама прижалась к нему и наслаждалась первым моим настоящим поцелуем.
– Малышка моя, как же я долго ждал, – прошептал он, когда дал мне отстраниться и вдохнуть.
Поцелуй кружил голову. Но здравый смысл быстро взял верх. Да что я вообще творю! Дернулась, но крепкие руки держали насмерть.
– Что не так? Тебе же понравилось, – удивленный голос над ухом, и новый поцелуй за ним, и ещё один ниже и ниже. Я плавилась в его руках, мне так не хотелось отстраняться, но мозг требовал остановиться.
– Зачем вы это делаете? Прошу отпустите, – взмолилась я, хватаясь руками за плечи.
– Не могу, моя хорошая, и не хочу, – новый поцелуй вдоль шеи. Как же это было приятно, и как неправильно.
– Так нельзя, – пыталась я сопротивляться, но меня прижали ещё сильнее.
– Что тебя смущает. Я ведь вижу, что нравлюсь тебе, – спокойно сказал он, отстраняясь от моей чувствительной шеи и заглядывая в глаза.
– Вы мой директор, так неправильно, – начала приводить доводы, но мне лишь снисходительно улыбались.
– Кто сказал, что так неправильно? Давай начистоту, тебя ведь не это волнует.
Чего ты боишься на самом деле? – улыбаясь, спросил он, но из объятий не выпустил. Одна рука стала массировать голову, от чего я блаженно откинулась назад и закрыла глаза. Как всё-таки же это было приятно!
Так стоп! Это что за попытки меня отвлечь?! Так не честно!
– Мне нужна эта работа в будущем, и я не хочу становиться любовницей начальника, – тихо сказала я, опуская глаза.
– Ты будешь той, кем пожелаешь. И на счет работы не волнуйся.
Хочешь, я сейчас же составлю договор, по которому никто не будет иметь права тебя уволить на протяжении двадцати или тридцати лет? Такой расклад тебя устроит? – серьезно спросил от, продолжая свои манёвры с рукой в волосах.
Нет, так думать было нереально. А он видел, какой эффект производят на меня его действия, и пользовался этим. Ещё и улыбался при этом так довольно!
– Мне надо подумать, – прохрипела я, глядя в завораживающие голубые глаза.
