— А я все жду, когда же ты уже приведешь в дом девушку…
Ээээ, что…?
— Мам, ты чего? — ошарашенно спрашиваю.
— А что? Тебе уже 24 года! Мог бы и познакомить нас с папой со своей девушкой!
— У меня нет девушки, с которой можно было бы вас познакомить.
Этот разговор меня поражает. Вообще, родителям никогда не было никакого дела до моей личной жизни. А тут вдруг оказывается, что мама жаждет познакомиться с некой «моей девушкой».
— Очень жаль, что у тебя нет такой девушки! Пора бы уже…
— Мам! — возмущенно повышаю голос, что заставляет Иру, одиноко сидящую в метрах двадцати, обернуться к нам.
— Что за муха тебя укусила? — спрашиваю чуть тише.
Мне категорически не нравится этот разговор. Что за вмешательство в мою личную жизнь!?
— Я просто спросила, — родительница поднимает вверх ладони, сдавая свои позиции. — Я что, не могу спросить сына, встречается ли он с кем-нибудь?
— Я тебе ответил: не встречаюсь. Довольна?
— Твоим ответом? Нет, не довольна. Я бы хотела услышать другой ответ.
Я тяжело вздыхаю и, желая прекратить этот бессмысленный разговор, встаю с песка и иду к реке. У захода в воду снимаю с себя футболку, бросаю ее на землю и с разбега ныряю.
Вода с утра еще не успела прогреться и довольно прохладная, но это то, что мне сейчас нужно, чтобы остыть. Весь день я вчера раздражался по пустякам. Думал, это из-за того, что я не выспался, но сегодня я спал больше обычного, а вот раздражение никуда не ушло. Хочется перебить и переколотить все вокруг.
Как будто это поможет.
Как будто это повернет время вспять.
Я до сих пор чувствую Лизин взгляд, полный боли. Он проник мне в самое сердце и разъедает его изнутри. Хочется вырвать из груди этот бессмысленный орган, качающий кровь, и вышвырнуть его подальше.
— Миш, поучи Иру немного водить машину, — говорит отец. Я и не заметил, как он ко мне подплыл.
— Мне некогда этим заниматься, — буркаю в ответ.
— Мне будет спокойнее, если она сначала с тобой позанимается, а потом пойдет в автошколу.
— У нас нет машин на механике.
— Ей она не нужна. Автомата Ире достаточно, — настаивает отец.
Я понимаю, что от меня теперь с этим не отстанут, поэтому нехотя соглашаюсь:
— Ладно.
Отец одобрительно кивает и уже собирается от меня отплыть, как я его останавливаю.
— Пап, а почему у Лизы нет машины? — этот вопрос как-то сам выскакивает.
— Она никогда не говорила, что хочет машину, — его явно удивляет, почему я это спрашиваю.
— А у нее есть права?
— Нет.
