Сходу набрасываюсь на грушу, обрушивая на нее удар за ударом как руками, так и ногами. Чем больше я ее бью, тем сильнее завожусь. В какой-то момент мне начинает не хватать воздуха, и я сгибаюсь пополам. Я не надел перчатки, поэтому костяшки на руках сбиты до крови.
— Да ты сегодня в ударе! — на ринг забирается Сеня.
— Не подходи ко мне, иначе я накинусь на тебя, — предупреждаю со сбитым дыханием. Когда я в ярости, людям действительно лучше держаться от меня подальше.
Сеня смеется."
"— Окей-окей, — останавливается в нескольких метрах от меня.
— Ты просил перенести бой, назначенный на пятницу. Я договорился с выступающими, хотя было не просто.
Ах да, еще же пятница. Лиза идет в ночной клуб Ильи.
Снова перед глазами встает Бестия в нижнем белье. Трусы и лифчик — это все равно, что купальник. Когда я последний раз видел Лизу в купальнике? Не помню. Она уже давно не ездит с нашей семьей на море.
— Попей водички, — Сеня бросает мне бутылку. Ловлю ее в воздухе, открываю и жадно припадаю к горлышку.
Жидкость помогает немного успокоиться. Я выпрямляюсь и уже дышу спокойно.
— Еще несколько ребят изъявили желание покататься в Раменском.
— Организуй.
Арсений кивает.
— Уже. Но, кажется, там меняются менты. Нужно будет договариваться с новыми.
Час от часу не легче. Я только и успеваю, что договариваться с полицейскими. Почему-то они постоянно меняются. И чем дальше, тем менее они договороспособны. Вроде им стали прижимать хвосты и брать деньги с таких, как я, стало сложнее.
— Узнай, кто теперь будет, я попробую на них выйти.
— Окей. — Сеня уходит, и я тоже слезаю с ринга и направляюсь в свой кабинет. Там я достаю из шкафа чистые вещи и иду в душ, который у меня же в кабинете и находится.
Я хорошо выпустил пар, а прохладная вода окончательно собрала мои мозги в кучу, но вот в груди все равно неприятно щемит. У Лизы есть какой-то фантастический талант выводить меня из себя и действовать мне на нервы. Ни один человек в мире больше так не может.
Бестия — мой персональный раздражитель.
Черт, у меня теперь эта картина Лизы в белье рядом с ее недопарнем еще долго будет стоять перед глазами.
Да чтобы я еще когда-то что-то для нее сделал!
Чтобы я еще хоть раз что-то ей купил!
Чтобы я еще хоть раз перед ней за что-то извинился!
Намеренно буду отравлять ее жизнь, а она будет умолять меня о пощаде. Вот только я не пощажу.
Стерва, сука и дрянь — вот кто она. Всегда такой была и всегда такой будет.
