Я не знаю, как она жила до Лондона и сам не рассказываю, как жил в России. Мы обсуждаем ее учебу, мою работу, какие-то текущие важные новости Англии и мира, смотрим по вечерам фильмы и не строим никаких планов на совместное будущее.
Спустя больше полугода таких отношений, Эмили не выдерживает.
— У меня к тебе несколько вопросов, Майк, — мы сидим на моей кухне и едим пасту болоньезе, которую Эмили приготовила.
— Каких? — нанизываю спагетти на вилку.
— Расскажи о своей семье?
Я на секунду замираю.
— В смысле? Что именно?
— Что угодно.
Просто мне интересно узнать о твоей семье.
Я оставляю вилку на тарелке, тянусь к салфетке, вытираю губы. Делаю все медленно, почему-то оттягивая момент рассказа.
— Я усыновленный ребенок, — говорю громко и четко.
Лицо Эмили вытягивается в удивлении. Несколько секунд она хлопает глазами, а я понимаю, что впервые с того момента, как узнал правду, вот так просто взял и сказал ее вслух постороннему человеку, как будто быть усыновленным — это что-то само собой разумеющееся.
— Усыновленный? — переспрашивает.
— Да. Меня усыновили, когда мне было три года.
— А почему? — осторожно уточняет.
— Моя настоящая мама погибла, отца у меня не было, и подруга моей родной матери усыновила меня. У меня родители, одна младшая сестра и один младший брат. Папа адвокат, а у мамы строительный бизнес. Сестра учится в университете на факультете политологии, а брат еще в школе.
— И ты всегда знал, что тебя усыновили?
— Нет, я узнал об этом несколько лет назад.
— То есть, ты думал, что они твои настоящие родители? — продолжает допрос.
— Да.
— И у тебя даже подозрений не возникало?
— Нет. Меня любили и растили, как родного ребенка.
По ее лицу видно, что она все еще удивлена.
— Ладно, — продолжает. — Следующий вопрос. Почему ты решил переехать из Москвы в Лондон?
— У меня случились крупные проблемы, из-за которых я потерял свое любимое дело. Мне больше нечем было заниматься в Москве, а мой друг владел рестораном в Лондоне. Ну и он предложил мне стать управляющим.
Я согласился и переехал.
Эмили удовлетворенно кивает головой.
— Еще один вопрос. — Смотрит ровно мне в глаза. — Как ее зовут?"
"— Кого? — не сразу понимаю я.
— Девушку, которая стоит между нами.
Теперь моя очередь удивляться.
— Да брось, Майк, — слегка смеется. — Я же не тупая и прекрасно чувствую, что есть другая девушка, из-за которой ты не можешь сблизиться со мной.
Я медлю пару десятков секунд. Весь вид Эмили говорит о том, что она ждет от меня ответа.
