Спиной я упираюсь в столешницу, его руки крепко держат меня в кольце, а язык уже хозяйничает у меня во рту.
И мне ничего не остается, кроме как ответить…
Миша целует меня страстно, властно, плотнее прижимает мое тело к своему. Если бы он не держал меня так крепко, я бы, наверное, грохнулась на пол от того, что трясутся коленки. Мы так отчаянно целуемся, как будто оба дорвались до самого желанного.
— Моя Лиза, — произносит сквозь поцелуй и, отпустив губы, спускается вниз по шее.
Все тело словно простреливает молнией.
Я встаю на носочки и, запрокинув голову назад, невольно издаю стон. С каждым прикосновением Мишиных губ к моей коже крепость, которую я выстроила между нами, рушится по кирпичикам до самого основания. Нет ни малейшего желания сопротивляться ему, отвергать его. Есть только одно желание — чтобы Миша целовал меня так вечно.
— Лиза, любимая моя, — он осыпает поцелуями лицо, а затем снова доходит до губ и накрывает их своими.
Мы целуемся, как сумасшедшие.
Мозг в отключке, телами управляют только чувства. А их через край. Будоражащие эмоции накрывают с головой и сносят все на своем пути, словно цунами. Мы прерываем поцелуй для глотка воздуха и соприкасаемся лбами.
— Мне нужна только ты, — шепчет в губы.
От этих слов по всему телу разливается приятное тепло, а по щекам ползет улыбка.
Но ровно до того момента, пока в голове не загорается красный светофор по имени Виолетта.
— Ты говорил так своей бывшей девушке, я слышала, — быстро выпаливаю и хочу отстраниться, но Миша меня удерживает.
Крепость стала возрастать обратно вверх по кирпичикам.
— Нет, — тихо отвечает. — Всегда была только ты.
— Не правда, — спорю. — У тебя всегда было много девушек.
— Ни одна из них не сравнится с тобой.
— Но они тебя интересовали больше, чем я.
— Нет, — качает головой. — Прошу тебя, поверь мне.
Миша зарывается лицом в мои волосы на затылке и глубоко вдыхает. Снова целует меня в шею.
— Лиза, будь со мной. Будь моей, — шепчет, а я замираю.
"
"Вот они эти заветные слова, которые я мечтала услышать от Миши много лет. Он сжимает меня в руках, целует и просит стать его. Я так плотно прижимаюсь своей грудью к Мишиной, что чувствую, как быстро бьется его сердце. Он продолжает целовать меня, снова завладевает моим ртом, и я понимаю, что мне даже нет надобности отвечать согласием на его слова.
Миша уже все решил и никуда не отступит, сколько бы я ни сопротивлялась.
