А как смухлевать — разберёмся в процессе…
Лёгкими осторожными движениями я обратилась к магическому резерву, чтобы причесаться и стянуть на спине шнуровку платья. Тали его ещё с вечера приготовила, отгладив и развесив на двух стульях."
"По цвету платье было того же серого оттенка, как и дорожный костюм, но выглядело оно куда богаче и наряднее. На Уграсе серый цвет вообще имел популярность среди элиты, насколько я поняла. Однако находила это забавным, потому как у нас, на Земле, это был самый ходовой цвет для пошива рабочей немаркой и практичной формы.
Моё платье форму, естественно, даже близко не напоминало! Длинное в пол, мягкое, как натуральный замш, платье было украшено мелкими цветами из гранатового камня и имело квадратный вырез. Рукава так и вовсе навевали магическую утончённость, сшитые из мягкой прозрачной вуали.
С платьем я справилась быстро, а вот с локонами пришлось повозиться. У меня ещё плохо получалось дозировать поток магии. На свой страх и риск я накручивала волосы на пальцы и вызывала на ладони руну тепла.
Так как драконья кровь здорово помогала справляться и с холодом, и с высокой температурой, мои пальцы дискомфорта не чувствовали, пропуская через себя не меньше ста градусов. Лишь глаза забавно вспыхивали фиолетовым цветом, демонстрируя зверя, подступившего к самому краю нашей связи.
Сира… благодаря этому зрительному контакту с драконицей я поняла, что никогда не буду одна. Даже тогда, когда все близкие мне люди уйдут или просто отдаляться, боясь заразиться моим унынием, как это произошло со мной на Земле.
В христианстве говорят, что человек приходит в этот мир один, и покидает он его тоже в одиночестве. Меня всегда это страшило. Чего лукавить?! Я отказывалась принимать такую страшную веру. Казалось, если я не стану верить в неё, со мной всё будет иначе! Но «иначе» не сбылось. Точнее сбылось, однако немного не так, как я себе это представляла. На Земле я умерла в одиночестве, но вот на Уграсе… со мной всегда будет Сира.
Несмотря ни на что! До самого конца! До последнего дыхания!
Я чувствовала поддержку драконицы, как саму себя, но не воспринимала её как часть себя. Нет. Она — отдельная личность, что бы Тали не говорила. Звериная ипостась думает и действует порой в разрез с моим мнением. И назвать это конфликтом разума и сердца нельзя. Мы — две грани чего-то магического, крепкого, верного. Ха! На Земле я назвала бы это — «семья».
