Расцветку ящеров определить в темноте не удавалось, хотя сейчас совсем было не до расцветки!
Когда перед мордой Сиры мелькнул синий хвост дракона капитана Греиджа, моя девочка, повинуясь нашему общему порыву, от души цапнула Ханаана за хвост и дёрнула головой вниз.
Галь Ханаан взревел от боли, потерял баланс.
Воодушевившись, сложила правое крыло и боднула в бок летящего справа.
Оценив мой беспредел, летящий слева дракон схватил когтистой лапой моё правое крыло и со всей силой дёрнул вниз.
Растерявшись, я начала падать.
Приземление вышло внезапным и очень болезненным. Я как будто на осколки чего-то острого свалилась.
От боли Сира взвыла и… и выбросила меня вперёд. Я не ожидала этого, но мысленно понимала реакцию зверя. Когда тебе больно, ты непроизвольно хочешь спрятаться, укрыться. А Сире, без сомнения, безумно больно.
— Ммммм… — застонала я в голос, принимая боль уже на себя."
"«Кажется, Сира подвернула лапу…» — прижимая правую руку к груди, лихорадочно пыталась отползти в сторону, так как надо мной продолжали хлопать крыльями драконы.
Думать, что моя рука сломана, я отказывалась. Не настолько больно. Или же всё плохо, но страх быть пойманной не даёт мне сконцентрироваться на боли.
Помимо руки горело лицо и грудь.
Оглядевшись, поняла, что с осколками я угадала. Подельник Галя столкнул меня на теплицу, и Сира её, конечно же, всю разломала вдребезги своей немаленькой тушкой, напоровшись лапой на огромную железную бадью с водой.
Пока эти стервятники не налетели на поверженную добычу, я принялась накидывать щитовые чары. Теперь им не так-то просто будет добраться до меня.
Оглядевшись, зацепилась взглядом за бадью.
«Моя стихия… — подняла глаза вверх, к тёмному небу. — Боже… что же их так много стало!? — вздрогнув, оценила количество драконов. — Если они все сейчас нападут… я точно не выстою!»
Поднявшись не без труда, раскинула руки в стороны, игнорируя тупую боль в правой руке.
Не меньше тонны воды медленно, капелька за капелькой, оторвалась от дна широкой длинной бадьи, закружившись вокруг меня водным смерчем.
Драконы ревели, изрыгали пламя, но я сбивала потоки огня очень ловко, превозмогая боль и страх. Некогда было бояться… я сражалась не на жизнь, а на смерть, потому как стать привязанной к тому, кто навис надо мной с раскрытой пастью… лучше умереть!
Почему-то вспомнился Кевин.
