Но, пока официальной бумаги не будет у меня на руках, увы, я не могу вам позволить его забрать.
— Мы это понимаем, и все сделаем. Скоро я тебя заберу, Ванюша. — Тетя Глаша со слезами на глазах смотрит на меня. — Ты ведь знаешь, что у нас нет детей. Но, мы всегда о них мечтали. И сейчас глядя на этого мальчика, мое сердце обливается кровью. Я не могу его тут оставить, уверена, что и Ваня будет не против.
— Мы с Илаем, вам поможем! У Илая, много связей! И я рада, что вы приняли такое решение, сама уже была на грани того чтобы попросить мужа, забрать малыша.
— Моя хорошая, спасибо."
"Попрощавшись с Ванюшей, мы выходим из роддома, где нас ждет роскошный лимузин, не менее роскошный Илай, в черном костюме с огромным букетом алых роз для меня и большим белым медведем для Софии. Все наши родные и близкие поздравляют, желают нам всего самого наилучшего, а фотограф, которого нанял Илай, фотографирует все самое важное, чтобы потом через много лет, я смогла показать дочери как много людей ее любят и ждали ее появления.
41 Глава
Тая
Приезжаем домой, а там нас ждет еще один сюрприз. Во дворе возле беседки, о которой я так мечтала, стоит детская площадка, с песочницей, горками и каруселью, но самое прекрасное — это деревянные качели, ручной работы. Именно такие были у меня в детстве, когда отец еще был жив, он сам лично сделал для меня эти качели. Но после его смерти, Родион первым делом их уничтожил, а после мы и вовсе переехали.
Слезы наполняют мои глаза, когда воспоминания из детства подкидывают мне картинки времени, когда я была счастлива.
Перевожу изумленный взгляд на Илая, который смотрит на меня с улыбкой на лице.
— Как ты узнал? — шепчу еле слышно.
— У меня были союзники, которые сначала рассказали, а потом и помогли ее построить.
— Не могу поверить! Ты сам ее сделал?
— Не без помощи дяди Вани, но да, сам. Я хотел, чтобы в твоих воспоминаниях теплилась частичка счастья, чтобы эти качели напоминали тебе о том, что твой отец безумно тебя любил.
— Я люблю тебя.
Ты самое лучше, что есть в моей жизни. — Произношу на одном дыхании, не в силах сдержать эмоции.
— И я тебя люблю. Больше жизни. — Шепчет Илай, прижимаясь, поцелуем к моей щеке.
Возле дома нас встречает Миша со счастливыми собаками, на которых нацепили смешные белые бабочки, а у девочек на голове красовались повязки с красивым цветком.
Очень медленно Илай опустился на корточки с Софией на руках, и я последовала его примеру.
— Это моя дочь. Ее зовут София.
