"
"Слишком вкусно его крепкий орган раздвигает половые губки, проникает внутрь, и я хочу еще глубже.
Еще немного ниже.
Шиплю от того, как он входит туже и плотнее.
— Не спеши.
Крупная дрожь с его стороны.
Конвульсия сильного тела.
Я поднимаю взгляд, замечая, как по его вискам и шее струится пот. Он дышит размеренно, но жутко мокрый, блестит, словно подтаявшая ледяная статуя.
— Ты хочешь меня? — интересуюсь я.
Дан на миг прикрывает глаза, и, когда снова распахивает их, меня омывают волной кипятка. Створки щели туго поджимаются, пульсируя вокруг его члена, немного погруженного в меня.
Только головка, но и ее я ощущаю невозможно остро…
Остро и недостаточно глубоко внутри себя.
Дан начинает двигать бедрами.
Проникновение глубже и требовательнее.
Через миг сопротивление бьет концом в тугую преграду, стонет.
— Быстрее. Мне нужно быстрее! — требует.
Обхватив меня под задницей крепче, Дан начинает меня легко поднимать и опускать, словно пушинку.
Он нанизывает меня на ствол, протыкает им на позволительно доступную глубину.
Я стону громче и громче, тяжело дышу. Пульс сходит с ума, сердце словно тряпочка, которую болтает ураганным ветром.
Он движет мной все быстрее и быстрее, и комната вокруг начинает расплываться. Я цепляюсь за крепкие плечи пальцами и дрожу, подмахивая бедрами.
Я знаю, что взорвусь в любую секунду.
Да-да, теперь я точно знаю. Точно уверена…
— Давай! — требует.
— Еще… Еще… — выпрашиваю я.
— Ласкай себя… Прямо сейчас… — хрипит едва разборчиво.
Я опускаю пальцы вниз, между нашими телами.
Всего несколько касаний, и я кричу.
— Да… Да… Даааан!
Я кричу, меня разбивает на ослепительные вспышки, на клочки удовольствия.
Дергаюсь на его члене, как сумасшедшая, теряю остатки самообладания от пульсации его члена внутри.
Бедра совершают взмахи.
Дан толкается глубже и вдруг крепче впивается в мой зад пальцами, твердым рывком опустив вниз слишком сильно.
Цунами оргазма захлестывает меня, смывает все чувства, и на фоне этого вспыхнувшая красным боль чувствуется лишь щепкой в море удовольствия.
Потом боль впивается в тело острой колючкой, втирается в нежную, разорванную плоть острой наждачкой.
Снова и снова.
Я продолжаю взмывать вверх и опускаться вниз, испытывая не самые приятные ощущения.
— Да… Вот так… Огонь… Огонь, Белка…
До моего слуха — доносятся отрывистые мужские признания.
И, несмотря на весь спектр болевых ощущений, я испытываю странное удовольствие от срыва его контроля.
