— Вау, — восклицают Мия и Соня в один голос.
— Ну тогда просто утрём нос соперницам, — говорит Сонька и потирает свои ладошки друг о друга.
Боже.
— Пойдём потанцуем? — предлагает Артём, когда включают медленную композицию.
— Пойдём, — соглашаюсь я. Обняв меня за талию, он ведёт меня на танцпол.
С каждым движением он прижимается ко мне всё плотнее, и его руки начинают поглаживать мою спину.
— Артём, — смотрю на него непонимающе.
— Эрик с нас глаз не сводит, предлагаю его немного позлить, — говорит он, наклонившись к моему уху.
"
"Вскинув взгляд вверх, вижу Эрика. Он, опершись двумя руками на перила, наблюдает за нами. Когда наши взгляды встречаются, ритм моего сердца и дыхание начинают сбиваться. Во рту всё пересыхает, и я опять на автомате облизываю свои губы. Эрик растягивает губы в самодовольной улыбке и подмигивает мне, мол, «танцуешь с ним, а хочешь всё равно меня».
— Ну что, готовы петь? А танцевать будем? — гремит голос ведущего на весь клуб.
И в этот момент к нам подбегает Сонька.
— Мы последние. Специально так записалась. Всё равно все эти курицы лучше нас не споют, и чтобы всем не портить вечер, я самый смак оставила напоследок, — серьёзно говорит Сонька.
Рассмеявшись в голос, обнимаю Соньку и говорю ей:
— Обожаю тебя, и мне бы твою уверенность в себе.
С каждым выступлением я заглатывала свои коктейли так, будто это был яблочный сок для деток с шести месяцев.
Все оказались голосистыми, пластичными и красивыми.
Аплодисменты сорвали все.
— И замыкают наше караоке — плохие девочки! Прошу, встречайте.
Мы с Соней встаём под аплодисменты и идём на сцену.
Поднявшись, замечаю, что Эрик с Мироном тоже решили посмотреть это представление.
Сонька забирает микрофон у ведущего и просит минуточку:
— Так как вход в этот клуб у нас и так свободный, мы бы хотели заключить пари с владельцем и его другом, — говорит Соня и показывает указательным пальцем на Эрика с Мироном.
Я в шоке от услышанного, резко поворачиваю голову к Соне:
— Ты чего несёшь? — шиплю на неё.
— Тихо, — говорит она и подмигивает.
— Если мы выиграем, они станцуют нам стриптиз, — кричит она в микрофон.
И зал взрывается женскими криками и аплодисментами.
Мы точно выиграем.
— Хорошо, — кричит Мирон. — Но, если проиграете, танцуете стриптиз вы.
И зал взрывается уже мужскими свистами и аплодисментами, и я понимаю, что их в разы больше, и мы уже заведомо проиграли.
Прикрываю глаза.
— Я тебя убью, Соня.
