А Багров шагнул и зачем-то спас меня.
Несмотря на всю сдержанность и отстраненность дальше он действует в отношении меня крайне трепетно. Не дает идти самой, берет на руки, когда мы приезжаем в какому-то невзрачному зданию.
Нас сопровождает охрана. И когда оказываемся в просторной комнате, Феликс усаживает меня на один из диванов.
— Подожди меня здесь. Тебе принесут сейчас воды или, может, что-то еще хочешь?
— Что? Ты уйдешь? Нет! Не надо! — хватаюсь за его руку в панике.
Багров присаживается передо мной и мягко удерживает мои ладони.
— Злата, послушай, мне нужно переговорить с тем, кто нам помог. Здесь ты в безопасности. Поверь мне.
— Но…
— Не волнуйся. Я быстро. Отдыхай. Никто тебя не обидит, но если что-то нужно — тебе принесут.
— Ничего, — качаю головой. — Просто возвращайся поскорее, — искренне прошу его.
Феликс мягко улыбается и целует мои руки.
— Ты не успеешь заскучать.
Едва он выпрямляется, как неуловимо меняется — вся расслабленность уходит, и теперь он снова выглядит пугающе.
Мне и правда приносят воду.
Миловидная девушка тактично интересуется, что еще мне бы хотелось, но я от всего отказываюсь. Меня колотит от пережитого стресса. И только рядом с Феликсом я чувствую себя спокойно. Но умом, конечно, понимаю, что у него могут быть делам, в том числе связанные с нападением, и я должна взять себя в руки.
Терпеливо жду, маюсь от безделья и от того, что мне неспокойно без моего мужчины.
В этом месте резко торможу. Ведь это выходит…
Мотаю головой, пытаясь отбросить лишнее.
Нет, надо здраво ко всему подходить. Сейчас не время принимать какие-то решения относительно ваших отношений. К тому же вопрос про Лешу тоже еще не решен. А теперь еще и эти нападавшие…
Когда дверь открывается, я уже снова на взводе.
Вижу Феликса, и внутри все расслабляется. Он шагает ко мне и помогает подняться.
— Ты освободился?
— Поехали, золотце. Надо выяснить, что случилось с твоим братом и кому за это все выдать благодарностей.
— Каких благодарностей? — теряюсь от той черноты, что наполняет его взгляд.
— Тех самых, Злата, тех самых…
51. Феликс
В чем именно у меня проеб, я понимаю не сразу. Только по дороге к Герману до меня доходит, как именно ублюдок Басманов мог вычислить и меня, и Злату.
И это пиздец лихо! Ведь я реально расслабился, допустил подобное. Когда память наконец-то встала на место, а в башке вместо коктейля из образов сложилась четкая картинка, я, естественно, связался со своим человеком, чтобы начать возвращаться к своей жизни.
