Басманов терпеливо ждет, и когда я наконец вижу что внутри, в первое мгновение хочется крикнуть — нет! Не может быть!
— Это…
— Это правда, Злата. Неприглядная. Но как есть
Сглатываю, снова смотрю на фото, на котором избитый брат, а рядом стоит Феликс. И судя по позе, замахивается снова.
— Когда это случилось?
— Если верить моим источникам, на следующий день после его исчезновения.
Я мотаю головой не веря, что так и есть. Не мог же Багров врать мне в лицо. Или мог?
— Злата, пойми меня правильно, я не добрый самаритянин, чтобы помогать всем и вся.
Но Алексей должен мне денег — мы вместе начали проект, и он пропал. Я крайне заинтересован, чтобы найти его и запустит бизнес. Потому что это единственный способ отбить вложенное.
— То есть вы это все делаете…
— Да, потому что я бизнесмен.
Киваю, принимая объяснение. Это логично. Куда страннее было бы желание просто помочь. А так все предельно ясно — опять деньги.
— Сколько он вам должен?
— Достаточно. Багров уже вмешался однажды, помешав нашей сделке.
Но мы нашли обходной путь, и похоже Феликс решил вопрос иначе.
— Но вы ведь знаете, где его держат? Можете ему помочь? Пожалуйста!
— Все не так просто. Будь это возможно, я бы давно все сделал сам. Но мне нужна помощь, Злата.
— Какая?
— Феликс никому не доверяет и никого к себе не подпускает. Его невозможно застать врасплох. Именно поэтому любую попытку арестовать его, он пресечет на корню. Связей у него достаточно. Как и охраны. Он очень хитер и изворотлив.
— Я не понимаю — чем я могу помочь вам?
— Вы имеет к нему доступ.
Рядом с вами он, скажем так, несколько теряет хватку и становится эмоционально нестабильным.
Горько усмехаюсь. Да уж. После его нестабильности у меня мышцы до сих пор ноют.
— И что вы предлагаете?
— Действовать законными методами не выйдет — как я уже сказал, связи Багрова позволят ему избежать ареста сразу же. При этом Алексей так и останется непонятно где.
— Он ведь жив? Жив?
— Два дня назад это было так.
— Но я получала СМС…
Басманов снисходительно смотрит на меня.
— Разве ты говорила по телефону? Слышала его голос?
— Нет, — признаю очевидное.
— А текст набрать может кто угодно.
— В полиции у меня не приняли заявление.
— Да. Поэтому я предлагаю действовать иначе. Собственными силами.
— Думаете, он мне расскажет правду?
Георгий фыркает и качает головой.
— Багров никому никогда не говорит правды. Это такой человек. Мы достаточно знакомы, чтобы я изучил его повадки.
