Да какого хрена?
Лиза захлопнула книгу, всё равно ни строчки из прочитанного не могла понять. Что за мысли, чёрт побери? Какой в задницу Громов, нужно решать, что делать со Смирновым! Найти его, что не составляло никакого труда, успокоить, сказать о том, что Громов — конченный мудак, который заставил силой её с ним целоваться. А не раздумывать над тем, что не хотела бы видеть рядом с поганым мажором не менее поганую избалованную шлюшку.
Это похотливое животное играл с ней, как кошка с мышкой. Ещё и насмехался.
Ублюдок! Не хватало злости на него. Хотелось сделать так, чтобы он страдал.
Лиза по природе своей не являлась мстительным человеком. Но благодаря Громову смогла испытать это чувство. И не только это. Не хотелось копаться, какие именно чувства пробудил он в ней. Одно чувство накладывалось на другое и преобразовывалось в огромный смешанный сгусток пульсирующей энергии, в котором было слишком сложно разобраться.
Лиза собрала учебники и направилась в свою спальню. Нужно было подготовиться к завтрашнему дню, вот только мысли рассеивались и никак не соглашались сосредотачиваться на учёбе.
Да что же это происходит?
Воображение рисовало такие картины, какие раньше показались бы совсем дикими. Учёба просто растворялась. Лиза пыталась ухватиться за ту нить, которая вела к знаниям, но руки будто измазались в чем-то скользком, и она срывалась. Срывалась в тёмную бездну. В бесконечный, окутанный тьмой, колодец. Сопротивление не имело смысла, её подхватывало и уносило.
Приглушённый голос где-то на заднем плане твердил, что она обязана очнуться. Вот только не хотелось его слушать.
Она падала медленно, хватаясь за воздух руками. И свет скрывался, вынужденно позволяя тьме взять над собой верх. Безвозвратно.
Лиза, не дожидаясь подруги, заснула тревожным сном. Вдыхала аромат чуть подсушенных, но еще не до конца увядших цветов, засыпая. И образ в голове искажался, плавно приобретая чёткие очертания.
Она видела перед собой его.
Ухмыляющегося. Бледного. С острыми чертами лица. А взгляд серых глаз так смотрел на неё…"
"И она растворялась. Ей нравилось его лицо. Такое светлое. И он был светлый во всём, за исключением волос. Чёрная чёлка спадала на лоб, чуть свисая, ведь он наклонялся перед её взором.
Он смотрел с нежностью, и это казалось просто нереальным. А глаза блеклым пеплом блуждали, окутывая волной нежности, желания, будто хотели забрать её. И не отпускать. Никогда.
