Сплошная пустота в душе и уверенность в том, что хуже уже быть просто не может, окутывала с головой. Громов окунул её в грязь лицом. Да что там лицом, извалял полностью, надругался и плюнул напоследок, трусливо убежав.
А самое поганое в этой всей ситуации было то, что ведь ей на самом деле понравилось. И сидя в ванной в горячей воде, она понимала, что это неправильно. Так быть не должно.
Ведь если девушку берут против её воли, это должно быть мерзко, грязно и до нескончаемого противно. Она должна была брезгливо оттираться мочалкой, сшаркивая в кровь кожу, лишь бы смыть с себя его прикосновения.
Но Лиза лишь устало прикрыла глаза и лежала в воде так долго, что очнулась от громкого стука в дверь:
— Лиза, у тебя всё хорошо? Ты уже час там сидишь, не уснула случайно?
Мужской голос раздался за дверью, вырывая Лизу из полудрёмы, отчего она сильно дёрнулась, расплескав воду:
— Всё, выхожу!
Лиза быстро намылилась и ополоснулась прохладной водой, кожа уже пошла разбухшими складками по пальцам рук и ног.
Да она практически заснула в ванной! Усталость давала о себе знать.
Быстро переодевшись в пижамные шорты и маечку, вышла из ванной.
— Извини, я так устала, что немного задремала, — извиняющимся голосом сказала Лиза, плюхаясь на кровать возле окна.
— Ничего страшного, надеюсь, что сам там не усну.
Смирнов скрылся за дверью, а Лиза устало потянулась на кровати. Убрав мягкое покрывало, она занырнула под одеяло. Чистое постельное бельё пахло свежестью и обдавало прохладой.
Не прошло и пяти минут, как она уже тихонько посапывала, обхватив подушку руками.
Она уснула настолько крепко, что не заметила, как Захар опустился рядом на одеяло. И, крепко обняв, прижал её к себе. И спустя несколько мгновений по комнате раздавалось синхронное посапывание уже двух, уставших человек. А за окном уже лениво маячил розовый рассвет.
Глава 21
Тяжёлые стальные оковы пригвоздили девичьи руки к холодной стене. Она попыталась вырваться, но не получалось, как бы не старалась. Хотелось закричать, но изо рта вырывался лишь пустой звук.
А перед глазами предстало его лицо. Злобно усмехаясь, он наклонился слишком близко.
Провёл языком по щеке, слизывая и размазывая солёную слезу. Опустился ниже от шеи к груди.
Почему-то на ней совсем не было никакой одежды. Захватив губами бархатистый сосок, он, втянув его в рот, начал тихонько посасывать. Не отрываясь от груди, он просунул палец ей между ног и медленно ввёл внутрь, чуть надавливая на переднюю стенку плоти.
