Зачем? Выяснять по телефону я ничего не собирался, спокойно поставил в известность, что уже вылетаю и через три часа буду дома.
Одни из самых тяжелых часов в моей жизни. В дом я вбегал, рывком открыв дверь и спокойно вздохнул, успокаиваясь, лишь когда увидел жену. По лестнице вниз спускалась Милена. Целая, невредимая, здоровая.
— Здравствуй, моя хорошая, — с улыбкой шагнул к ней, раскрывая объятия. Как же я скучал.
Мягкое податливое тело, нежный аромат сирени, робкое прикосновение ладони к моей груди — словно в рай попал.
Вот идиот, придумал себе какую-то ерунду!
— Привет, — прошептала жена мне в плечо, не поднимая глаз."
"— Покормишь меня? В самолете ничего не ел. Голодный, как волк.
— Конечно!
Мила засуетилась на кухне, а я, стянув пиджак, закатал рукава рубашки и сел за стол. Чем дольше я наблюдал за девушкой, тем отчетливее понимал, что она чем-то расстроена. У жены то и дело что-то выпадало из рук.
Я тихо подошел сзади и обнял ее. Милена вздрогнула в моих руках испуганным воробушком.
— Давай помогу? — предложил я, проводя кончиком носа по оголенной шее. Я ощутил, как по ее телу пробежала мелкая дрожь, а затем Милена подняла глаза, и наши взгляды встретились.
Я крепче сжал ее в своих руках, заметив слезы и страх. Мне словно под дых ударили. Все-таки чуйка сработала верно.
— Что случилось?
Развернув девушку к себе, я приподнял ее за подбородок. Мне не нравилось, что она избегает моего взгляда. Словно ей стыдно смотреть мне в глаза.
— Мила, — позвал я. — Что бы ни произошло, ты можешь на меня положиться.
И в горе, и в радости, помнишь? — улыбнулся, желая поддержать, но вместо улыбки в ответ получил водопад слез.
Глава 23 Милена
— Отец едет.
Слова ударили по лицу словно пощечина. Баграт. Мой нежный, заботливый, внимательный муж возвращается домой. Радость встречи сменилась горечью и паникой. Как я могла? Почему? Зачем?
— Он ничего не узнает, — твердо сказал Роман, словно был уверен в своих словах.
Я же чуть не засмеялась. Не узнает? Это просто невозможно! Да и лгать Баграту я не стану.
Не смогу просто.
— Ты не виновата.
Голос Романа звенел от ярости, но мне было все равно, что он злится. Не важно, на кого: на меня или на себя. Вообще все больше не имело смысл. Мы провели ночь вместе, как мужчина и женщина, и только этот факт имеет значение.
Рома отвёл взгляд и глухо добавил:
— Забудь о том, что произошло. Иди в душ. Я тут… приберу.
Я молча поднялась с кровати и вышла из спальни пасынка.
