Никогда бы не подумала, что это с ним случится. Я даже к психологу обращалась.
– И что она сказала?
– Сказала, что такое часто бывает с идеальными детьми, ставшими идеальными взрослыми. Любой возраст задуман природой для чего-то, а бунтарство в мальчике тем более.
Прикрыв лицо руками, снова хочу справиться с чувством вины. Уверена, Яна Альбертовна делится со мной не для этого, но быть безучастной не могу. Мне жаль, что мой уход спровоцировал разлад в близких отношениях Вани с родителями.
– Думаю, если Иван узнает, что я скрыла от него правду об Алисе, он не будет со мной церемониться.
А уж если муж узнает, – она закатывает глаза и лучезарно улыбается, сверкая увлажненными глазами. – У нас и так в последнее время период не из лучших.
– Ваня попросил развод, – выпаливаю, морщась.
Алкоголь расслабляет, и я наконец-то проговариваю эти слова вслух.
Впервые.
Отвожу взгляд в сторону, рассматривая отблески света на поверхности кухонного гарнитура.
– Ты же понимаешь, что тогда он все равно узнает. Так просто вас не разведут…
– Знаю, – киваю.
– Конечно, я об этом знаю.
– Не хочешь развода? – Ставит в тупик.
Отшатнувшись, натягиваю рукава кофты и впиваюсь ногтями в мягкую ткань.
Хочу ли я развода?
Я гоняю этот вопрос по буквам день за днем. Туда-сюда. Мучая себя. Терзая. Данный пазл сложен даже сейчас, спустя время, что еще раз подтверждает – тогда я бы не смогла.
И дело не только в том, что мой муж меня не любит.
Я ведь правда выходила за него навсегда. Мечтала, что Ваня будет моим единственным мужчиной.
И наверное, это смешно, но все это время даже думать не могла еще о ком-то.
А он? Он смог. У него девушка.
Мне плохо оттого, что кто-то занял мое место в его жизни. Хотя фактически понимаю, что я тоже занимала не свое. Но так отчаянно хочется надеяться…
Подняв глаза к потолку, снова часто дышу и решаюсь, выталкивая из себя:
– Хочу. Я тоже хочу развод.
– Тогда познакомь Ваню с Алисой. Мне кажется, сейчас самое время, – с грустью произносит она.
– Так и сделаю, – поднимаясь из-за стола, заключаю.
Глава 8. Таисия
После принятого решения я всю ночь пыталась заснуть, но так и не смогла. Ни на минуту не сомкнула глаз, как бы ни старалась. Та отсрочка, которую я сама себе дала, наполняла мою душу спокойствием. Сейчас оно благополучно помахало мне ручкой, а на смену пришла невообразимая паника.
Соболев, конечно, не поймет.
Никогда не примет и не оценит мотивы моих действий, но ему придется смириться с тем, что у нас есть дочь.
