И, стоит признать, все же его политика дает свои плоды: его юридическая компания считается лучшей не только в городе, но и в области.
— Добрый день, Аркадий Андреевич, — привлекаю внимание босса, буквально заставляя себя не съеживаться в ожидании разговора.
— Проходи, Тея, присаживайся, — босс разворачивается от окна, широко и приветливо улыбаясь, чем пугает меня еще больше. Он садится в кресло руководителя, подавая мне пример, и мне ничего не остается, кроме как опуститься в кресло напротив.
Такое поведение босса очень необычно и, признаться честно, пугает еще больше.
Лучше бы орал, правда. Там хотя бы знаешь, что ожидать от него.
— Как продвигается дело Кадырова и Хакимова?
— Нормально. Сегодня предварительное заседание, через полтора часа, — отвечаю осторожно, внимательно следя за шефом.
И он меня удивляет.
Нет, даже не так.
Пугает и вызывает омерзительные чувства.
Потому что Власов…пожирает меня взглядом. Буквально ощупывает, оставляя на коже уродливые ожоги.
Мне хочется вскочить с места и сбежать, но усилием воли заставляю себя сидеть.
Я не могу потерять эту работу. Не тогда, когда до достижения цели осталось совсем чуть-чуть.
Я и раньше замечала долгие и пристальные взгляды за Аркадием Андреевичем в мой адрес, но не придавала им значения. Мне казалось, что босс просто пристально следит за мной, потому что я — темная лошадка. Молодая, амбициозная и выигрывающая сложнейшие дела. Он искал подвох, и поэтому я старалась понять и оправдать его поведение."
"Но в последнее время стала замечать, что его интерес ко мне становится более личным и переходит всякие границы.
Вот как сейчас, когда его сальный взгляд останавливается на моей груди в районе декольте.
— Как думаете, Тея, есть шанс у них? Каковы перспективы?
— Не хочу пока ничего загадывать, дело непростое. Многое зависит от судьи, примет ли она наши доводы и доказательства, рассмотрит ли бумаги, которые я приложу к материалам дела…Нюансов много.
— Понимаю, да. Но ты умница, Теечка, у тебя все получится. Верю в тебя как ни в кого другого, именно поэтому и доверил это непростое дело, — Власов откидывается в кресле, ерзая на месте и буквально облизывает меня, задерживая взгляд на губах дольше положенного.
Мне мерзко. Противно. Как будто меня облизал сенбернар, оставив на теле тонну слюны. Хочется помыться и переодеться.
Но вместо этого я отвечаю коротко:
— Благодарю за доверие, Аркадий Андреевич. Я постараюсь вас не подвести.
— Уверен, у тебя все получится, Теечка.
