— выдавила я, бросить трубку или все выслушать, что она еще придумала своей больной головой, — Зачем звоните?
— Передай Казанцеву, что, если он хочет побыстрее выйти оттуда, где сейчас находится, — Клавдия говорила медленно и спокойно, — И к тому же продолжать работать в клинике, то… — она замолчала.
— То что? — не удержалась я, — Что еще?!
— Что еще? — передразнила меня Клавдия, — Тебя, милочка, не учили, что с людьми нужно говорить уважительно?
— Ха! — съязвила я, — Простите, меня еще учили старших уважать, но вы почему-то об этом не вспоминаете.
Я забыла, насколько вы меня старше, а?
— Не хами мне, — резко бросила Клавдия, — А то как бы потом извиняться не пришлось! Короче, Казанцеву придется выслушать меня и … принять мои условия. Заключить сделку.
— И какие же эти условия?
— Не твоего ума дело, это я буду обсуждать с самим Казанцевым и его адвокатом. Твоя задача — передать ему, что мне нужно с ним поговорить. И все… — протянула насмешливо Клавдия, — Спокойной ночи, милочка.
Глава 46
Клавдия лежала на своей роскошной кровати в стиле какого-то там Людовика, с золотыми ножками в форме львиных лап, и смотрела в потолок.
У нее болела голова и не помогало даже широко разрекламированное обезболивающее."
"— Везде обман и надувательство. — ворчала Клавдия себе под нос, — Обещали, что поможет, и при зубной боли и при головной, а на деле — пшик. Раньше обычный парацетомол снимал головную боль на раз-два, а теперь…
Клавдия взяла телефон и открыла страницу магазина с доставкой готовой еды— ехать куда-нибудь в том виде, что у нее сейчас, было невозможно и это бесило Клавдию больше всего.
Боль можно скрыть от окружающих, а вот сломанный нос и разбитую губу вряд ли получится, и тут даже темные очки не помогут! А так хорошо бы отправиться в любимый ресторанчик и приятно провести время. Кусок мяса с кровью и бокал красного вина всегда отлично поднимали настроение…
Клавдия провела языком по зубам и сморщилась — еще и виниры треснули, теперь придется выложить за восстановление, кругленькую сумму.
Как бы ей хотелось сейчас взять эту рыжую мерзавку за ее кудри и приложить смазливую мордашку к какой-нибудь кирпичной стене, а еще лучше окунуть ее в ведро с грязной водой. У Клавдии помутилось в голове — она так явственно все это представила, что ладони зачесались. Как же хочется, чтобы им всем тоже было больно — и этой козе рыжей, и недоумку Майклу, который так легко, будто играюче, предал свою старую знакомую.
