Надо же было оставить дома вибратор! Ну какой вибратор, когда едешь отдыхать с братом? Но от самостоятельной мастурбации я давно отвыкла. Уверена, без прибора мне пришлось бы заниматься этим все утро. Поисковый отряд нашел бы меня на полу в ванной, за упорными попытками принудить к вибрации пальцы.
– Ты в порядке? – кричит Джуд.
– Да! – хрипло отзываюсь я и отталкиваюсь от раковины. Вчера вечером Джуд, вернувшись домой, застал меня за беседой с полицейскими и побелел, как покойник. Меньше всего мне хочется снова его пугать.
– Сейчас спущусь!
Я бегу в ванную, обмахивая свое пылающее горло, спешно натягиваю купальные трусики и черные брюки. Бессонная ночь имела по крайней мере один плюс: чтобы оставаться на расстоянии от охотника за головами и взять под контроль свой короткий отпуск, я заказала на сегодня со скидкой урок плавания с ластами и с маской на противоположной стороне Кейпа.
Расстояние имеет значение.
Как и перспектива."
"То и другое очень полезно.
Поэтому, наверное, я и стою у окна, таращась туда, где спал прошлой ночью Майлз.
Он скоротал ночь на веранде дома, с пистолетом наготове. Он и сейчас там, ищет что-то в своем телефоне, пристроив на колене блокнот.
Ложись на спину, Тейлор. Трусы долой. Сейчас я примусь за тебя…
У меня ноет между ног от воспоминания о том, что мы делали, вернее, чуть было не сделали. Это было бы что-то бесстыжее. Я повела бы себя разнузданно, восторгалась бы его силой, умоляла бы применить ее ко мне. Он бы не стал возражать.
Я испытываю к Майлзу только признательность. Наконец-то появился мужчина, обошедшийся со мной не так, будто я гожусь только на то, чтобы быть представленной его мамаше. Вчера вечером я была сексуальной. Я была женщиной.
Жаль, моя близость с охотником за головами получилась не только физической. Я ему доверилась – больше, чем сама осознавала. А он ночью не вернулся, оставил меня уязвимой, былинкой на ветру. Я не понимала, что он так сильно на меня действует, и теперь не позволю, чтобы это повторилось.
Он же откровенно дал понять, что ему плевать на любовь, на традиции, на все, чего я ищу.
Майлз словно чувствует, как мой взгляд скользит по его широким плечам, и запрокидывает голову. Мы встречаемся глазами через оконное стекло. Выражение его лица становится осмысленнее, но рот превращается в суровую борозду. Трепетание у меня в животе сползает вниз, и я поспешно отхожу от окна, хватаю с кровати щетку для волос и принимаюсь причесываться.
