Сука, как же я перепугался за Аню! Когда Дрон рванул в лес, не колеблясь, последовал за ним. Мы долго бродили, следов было слишком много. А потом снег всё запорошил.
Но мы были готовы идти до конца. И сейчас, как награда, сидим в горячей баньке и тискаем нашу девочку.
Мы обязательно узнаем, что с ней случилось, но сейчас мне нужно вставить член в Анечку. Срочно! Обязательно! Она внутри очень гостеприимная малышка.
Вылизываю ее сладенькую киску и медленно дурею. Этот вкус, запах… её влага охренительная. Губки идеально гладенькие, а лобок покрыт аккуратным пушком.
Сука…
— Анечка, — шепчу, раскрывая розовые блестящие складочки, — моя вкусная девочка…"
"Играю с ее алым набухшим клитором. Тело помпончика очень ярко отзывается на ласку. Неужели до нас её так не любили? Пиздец! Как можно изменить такой красивой и отзывчивой малышке?
— Ммм… как же сладенько… — бормочу, наслаждаясь изливающейся влагой.
— ДА! ДААА! МММ! Пожалуйстааа! — кричит Анечка, а я тащусь.
Вожу языком вокруг её клитора. Любуюсь красотой женского лона.
Есть в этом что-то сакральное. Наслаждаюсь доверием, с которым малышка раскрывается.
— Пожалуйста что? — отстраняюсь, заглядываю в её потемневшие глазки.
Красивая.
— Кончить… хочу… — просит, пока Дрон сосет её грудки.
— А ты заслужила? — мне очень хочется поиграть с ней.
— Нууу! — Анечка разводит бёдра, приглашая меня доставить ей радость.
И я, сука, пиздец как счастлив!
— Моя красавица, — стону, — хорошо, помпончик, сейчас всё сделаем.
Мне хватает пары мазков языком и нескольких движений пальцами, чтобы Анечка сжала меня своими мышцами и кончила.
А я, как одержимый, продолжаю слизывать её сок с горячей кожи и массировать половые губки. Затем облизываю пальцы и малышка тут же начинает смущаться.
Но тут раздаётся стук в дверь парилки. Блядь, и кого принесло? Анечка испуганно вскрикивает.
— Вы тут?! — Валерон уже почти заходит, но я, словно ниндзя, хватаю полотенце и накрываю Анечку.
Сами мы с Андрюхой по-прежнему голые и наши члены в весьма… кхм… бодром состоянии.
Ничего, дрищ сам виноват.
— ОЙ! — айтишник вваливается и таращится на пах Андрея.
Аня вся дрожит, прикрывается тканью. Глаза Валерона становятся всё больше. Он зыркает на мой член. Завидует что ли? Ухмыляюсь.
— Принеси нам полотенца, — тянет Дрон, совершенно не стесняясь, — хватит уже смотреть, а то не то подумаем.
— Ааа… сек! — булькает Валерон и скрывается за дверью.
— Продолжим в спальне, крошка, — целую малышку за ушком, — мы как следует тебя выебем.
