— Газу! Газу! — кричу в сторону сидящего за рулём Ника.
Его дважды просить не надо. Тачка Зверя стартует с места с характерным оглушительными рёвом двигателя.
Позади раздаются выстрелы.
Но не по нам.
А по колёсам людей Рината.
Снайперы Ника должны сработать как надо!
— Су-у-уки! — рычит Ринат, пока я заламываю его локоть, прижимая падлу рожей в сидение. — Вы оба трупы! Вы сдохните!
— Заткни его, — равнодушно бросает Ник, протягивая мне пушку.
— НЕТ! — перепугано орёт Ринат Максимович. — ЧТО ВЫ ХОТИТЕ?! ДЕНЕГ?! Я дам ещё! Сколько угодно! Поделим бабло Тарасова пополам!
Сцепляю зубы.
— Заткнись, — вздыхаю, молча открывая дипломат. В нём файл с документами на оффшоры Тарасова и десять лямов наличкой.
Всё на месте.
— Просто отпустите меня! — мужик начинает хныкать. — Прошу! Я всё сделаю…
Вздыхаю, взводя курок.
Почему-то сейчас мне особенно неприятно делать это. Сердце — словно разбитое выстрелом стекло. Впивается острыми осколками в рёбра.
Отпустить? Ага, как же.
Этот кусок говна будет мстить. Непременно будет.
Рано или поздно доберётся до самого дорогого, что есть у меня. До Леры…
Ринат Максимович воспринимает моё молчание как нерешительность и начинает умолять, приводя всё новые аргументы в пользу сохранения своей никчёмной жизни. Сулит золотые горы и небо в алмазах.
Тачку Ника подбрасывает на скорости и ухабах дороги.
Причитания Рината становятся всё громче.
Стискиваю зубы, вспоминая, что обещал Лере измениться.
Обещал стать лучше.
Обещал…
Однажды, но явно не сегодня.
В одно движение подношу дуло пистолета к голове Рината и нажимаю на спусковой крючок.
Капли крови разлетаются по салону.
Ник ворчит что-то с водительского места о том, что придётся делать химчистку салона.
Открываю дверь прямо на ходу и выбрасываю бесчувственное тело.
Прости, Снежинка.
Это только начало.
Скоро мои руки будут по локоть в крови. В крови твоего отца.
Глава 48
Лера
— Вот так гораздо лучше! — отец захватывает мой подбородок между двумя пальцами и поворачивает покрытое слоями тонального крема лицо из стороны в сторону.
— Хоть на человека похожа!
Смотрю на него невидящим взглядом.
Не чувствую в себе сил для сопротивления. Я так устала. Ужасно. Невыносимо.
Знаю, что надо продолжать бороться, но…
— Давай, вставай, Ярик достал документы. Поедем подпишем, а потом… — на лице отца появляется злорадная усмешка, и у меня внутри всё сжимается.
Безысходность затапливает всё внутри.
Он не отпустит Ярослава живым. Убьёт его у меня на глазах в наказание.
